Онлайн книга «Ватага. Атаман»
|
— Князь Егор, князь Иван! Пейте, кушайте. Вы ж друзья мне, верно? Детинушка князь улыбнулся – верно, мол, друзья. «Князь Егор» же – двойник княжий, Горшеня – держал себя осторожно, как и велел настоящий князь. Тем более, по левую руку него все время сидел «знатнейший заозерский боярин» – бывший белозерский хват Никита Кривонос по прозвищу Купи Веник! Если б «князь Егор» чего б и хотел заявить, так Никита б не дал – для того и был приставлен. Следил Купи Веник за фальшивым князем, да не уследил – правда, не в ханском дворце уже то было, а в гостевых палатах, кои по указанью даже не хана – эмира! – дорогим гостям и союзникам предложили. Добрые палаты, большие, просторные, хоть и из камня выстроены, не из дерева. В окнах – в свинцовых рамах – диво-дивное, чудо-чудное – прозрачное и плоское стекло, смотришь – весь двор видно! Горшеня дивился на то частенько, смотрел – все никак не мог привыкнуть. Это-то стекло его и спасло! В тот день все, как обычно было – встали с утра, пока расходились, помолились, подкрепились малость – вечером-то снова Темюр-хан к себе в гости ждал, неудобно было отказываться. Пока то да се, и полдень, князюшка Хряжский с воеводами своими прилег отдохнуть, то же самое собрался сделать и Горшеня, ведь и поспал бы, да только не дали – мальчишка младой прибежал, посланец, доложил стражам – мол, важный господин, достопочтенный гость и работорговец генуезский синьор Амедео Феруччи решил навестить, пожаловать по какому-то неотложному делу! — Этого прими, – кивнул кудлатой башкой бессменный Горшенин ангел-хранитель Никита Купи Веник. – Да помни уговор княжий. Серебра, буде спросит – дай, вот тебе три мешочка. Господин Феруччи – купчина немолодой уже, солидный и, сразу чувствуется – богатей! – вокруг да около не ходил, а, переходя с татарского на русский, сразу приступил к делу: мол, помнит ли любезный князь, как не так давно сговаривались с ним по одному забавному, но сулящие немалые прибыли, делу – учредить ездящие по одним и тем же дорогам повозки? Горшеня сразу же заулыбался, закивал – про повозки эти ему князь, напутствуя, много рассказывал, даже кое-что еще сказал, что лжекнязь и присоветовал своему партнеру: — Надобно скамейку вдоль повозки устроить, чтоб удобней было людям залезать-вылезать. — Вдоль? – купчина озадаченно почесал бороду и вдруг просиял. – А ведь и верно, так куда удобнее будет. Ну, князь! Ну, голова. Я своим мастерам укажу, пусть именно так и делают. — А вот и обещанное серебро, – продолжал улыбаться двойник, – три мешка! Синьор Феруччи вопросительно приподнял левую бровь – что-то он не помнил, чтоб князь обещал ему ровно три мешка. О какой-то конкретной сумме во время их прежней встречи речь вообще не шла – так, примерно уговорились. Но… три мешка так три мешка. — Мои слуги заберут мешки. Готовьте для расписки грамоту. Таким образом с купцом Феруччи все уладилось как нельзя лучше, подмену торговец не заподозрил, да ведь и не знал накоротке князя. Проводив гостя с почетом, Горшеня вновь уселся на лавочке у окна. Нарочно не распахивал – смотрел через стекло, интересно было – твердое, а все кругом видать! Чудо! И всех слуг дворовых видно, и сад, и – во-он, вдалеке – знаменитые ханские пруды с беседками. Смотрел, смотрел Горшеня, видами любовался, как вдруг… Сначала и не понял, что такое… думал – камень кто бросил, потом поглядел – стрела! И как, злодеи, ловко пустили, если б не стекло – ровно бы в глаз стрела угодила… или в горло. |