Онлайн книга «Ватага. Атаман»
|
Игривая улыбка мелькнула на миг на сахарных устах юной гурии, мелькнула и тут же пропала. Вожников поклонился: — Скорей, это вам нужно опасаться за свою… Ой! Глупость сказал. Нет, со мною вы можете ничего не… — Бросьте, князь, – с неожиданной болью воскликнула Ай-Лили. – Скажете тоже! Какая может быть честь у танцовщицы? Егор закусил губу, глядя вослед уходящей певице. Ох, как нравилась ему эта женщина… девчонка, если уж так, по возрасту, брать. Какие там двадцать пять – едва ли двадцать. Но умна, несомненно, умна, бойка на язык и умеет – умеет! – кружить мужикам головы. На том, верно, и живет, чтоб не сказать большего. Немного выждав, молодой князь зашагал к выходу, осторожно переступая через храпящие тела, коих слуги еще не успели вынести из залы. — Уже уходите? – синьор Феруччи возник из-за колоннады, словно тень. — О, да, – поблагодарив за гостеприимство, Егор вежливо наклонил голову. Так, слегка, как и положено князю перед купцом, пусть даже и перед банкиром, олигархом. Есть понятие деньги и есть честь, так второе куда выше первого! Впрочем, в пятнадцатом веке это все уже сильно размылось, особенно там, где торговый и банковский капитал значил очень и очень многое. В итальянских городах-республиках. Немного – в Новгороде, в Ганзе… и вот здесь, в Орде. Несколько десятков торговых генуэзских факторий – одна Кафа чего стоит! Прав купец – если б не чума, да не хромоногий Тимур… — Хочу вас предупредить, уважаемый, – хозяин проводил высокого гостя до самого входа. – Предупредить об этой женщине – Ай-Лили. О, она не только танцовщица и певица. Она еще и колдунья, гадалка и… Ведите себя с ней осторожно, мой дорогой князь, и помните – в Орде бесследно сгинули многие. Что это было – завуалированная угроза или просто дружеское предупреждение? – молодой человек не стал разбираться сейчас. Некогда было – влекомый внезапно вспыхнувшим чувством, он махнул рукой выскочившим во двор людям – своим верным воинам: — Возвращайтесь на постоялый двор, парни. — Но как же… — Я сказал – поезжайте, скачите! Я буду… гм… возможно – завтра… во второй половине дня. Дружинники – дюжина молодых парней, – почтительно замолчав, повиновались приказу, вскочив на коней и провожая взглядами только что отъехавшую от фонтана Золотых Ослов кавалькаду – подвешенный меж четырьмя вороными паланкин и трех всадников самого разбойного вида. Прогрохотав копытами по мостовой, кавалькада свернула за угол и скрылась из виду. — Никита, Авдот, – тотчас же махнул рукой старшой, десятник Евлой. – Едем, глянем – мало ли что… — Но господине же приказал… — Кроме господина, есть еще и госпожа Елена, – звякнув кольчугой, Евлой усмехнулся в усы. – А она наказывала другое. И, если по нашей вине с князем хоть что-то случится… мы все нашу княгинюшку знаем. — Да уж… – дружинники переглянулись. И в самом деле, на расправу княгиня была коротка. Десятник махнул рукой: — Ну, что стоим? Едем. Стражники нынче нам не указ – князь оставил пайцзу. Тусклый и призрачный свет раннего ордынского утра едва проникал под покрывало изысканного паланкина, качающего столь сильно, что пару раз Егор невольно касался руки своей обворожительной спутницы, а один раз – на повороте – они даже соприкоснулись щеками. — Князь, вас не укачало? |