Онлайн книга «Ватага. Атаман»
|
— Я тоже очень рад. — Итальяно? Фрязин? Или грек, румиец? — Рязанские мы, – неожиданно улыбнулся Джаван. – В детстве Иванкой кликали… потом угнали в Орду, с тех пор вот тут обретаюсь. Кто-то позвал его, не дал состояться беседе, а видно было, рязанец хотел еще что-то сказать, да не успел, лишь только, уходя, молвил: — Харчевня «У рыбы» – запомни. Егор кивнул – что тут запоминать-то? Как в домино – рыба. — Эй, Кызым, дружище, хочешь, в домино тебя играть научу? — В до-ми… – «детинушка» потряс головой. – Это как это? — Да просто – плоские такие костяшки с дырочками: «шесть-пять», «два-четыре», «пусто-пусто». — А-а-а! – Кызым ухмыльнулся. – Костяшки гонять я не хуже тебя умею. Еще посмотрим, кто кого учить будет. На что играем? По денежке? — Да нет у меня пока никаких денежек! — Тогда на желание. Кто проиграет – по всему саду бегает и бараном блеет! Вожников проблеял четыре круга подряд, а Кызым – только два, видать, мухлевал, собака! Впрочем, Егор чувствовал, что отыгрался бы, кабы не козлобородый домоправитель Ураз-кызы, явившийся, как всегда, не вовремя и, как всегда, неслышно. — Господин требует Эгора Кулаки-Руки к себе! — О! – обрадовался Кызым. – Сейчас наш хозяин тебя наградит, и мы уже на деньги играть будем. Готовь дирхемы, дружище Эгор! — Всегда готов, – усмехнулся Капитан Удача. Вслед за расторопным управителем молодой человек вошел на мужскую половину дома, оставшись ждать в большой и гулкой зале, посреди которой бил – явно не к месту – фонтан, а по стенам тянулись разнокалиберные трубы, как видно, «освоенные» или «распиленные» ушлым хозяином. Стоять пришлось недолго: отворив тяжелые двери, домоправитель важно тряхнул бородой: — Господин ждет тебя, входи же, да не забудь преклонить колени. Ага, забудешь тут, как же! Войдя, Вожников на колени и встал – хорошо хоть ковер оказался мягким. Правда, дело-то вовсе не в ковре, а в унижении – каждому сантехнику кланяться! Пусть не сантехнику, а ответственному за ЖКХ в городской мэрии – примерно так звучала на современный лад должность Хидаяс-бека. О, наши-то чиновнички тоже бы, небось, не отказались от собственных гладиаторов и наложниц! Да ведь и не отказываются, есть у них уже и те, и другие. — Ну-у-у, – потеребив вислые «запорожские» усы, промычал Хидаяс-бек. – Поднимись, раб, ты все сделал, как надо, и получишь награду – ведь я хозяин своему слову, даже для самого последнего раба. Всю эту тираду бойко перевел домоправитель. Ишь ты, тоже русский знает, гнида позорная, видать, в молодости побывал в набегах. Да все их сучьи города на русской крови выстроены! Погодите еще… погодите… И тебе, коммунальщик гнусный, тоже нехило достанется, ишь, заладил – «раб», «раб», будто слов других нет. — Господин наградит тебя, – перешел на более вольный перевод козлобородый Ураз-кызы. – Но не дирхемами, как еще совсем недавно хотел, а… Его старшая жена, трижды благословенная госпожа Айшаль, подсказала. О, подарок тебе понравится, раб! Без сомнения, ты будешь доволен, и пусть никто не говорит, что наш достопочтимый хозяин, да продлит годы его жизни Аллах, милосердный и всемилостивейший, плохо заботится о своих невольниках. Сейчас тебя проведут в сарай, Эгор Кулаки-Руки. Отныне будешь там жить… не один, ха-ха… впрочем, сам все увидишь. Все! Ну, что стоишь? Благодари за милость – кланяйся, целуй хозяину руки… |