Онлайн книга «Принц воров»
|
Александр уселся в тенечке, пол крышей просторного портика, у самого начала причала. Там, за колоннами и на ступеньках, прохлаждалось человек с пару дюжин: кто-то, как Саша, кого-то ждал, кто-то уже дождался и, размахивая руками, выбегал навстречу. — Каллист! Каллист! Скафа Лисандра еще не вернулась из Тапса? — Нет, не вернулась. Лисандр обещался быть завтра к обеду. — Не знаете, кто бы взял двух пассажиров в Колонию Юлия? — Да тот же Лисандр и возьмет, уж подождите до завтра. Колония Юлия… так здесь именовали Карфаген. — А до Гиппона? Кто б взял товар до Гиппона? — Опять же – договорись с Лисандром. Кроме него вряд ли кто пустится сейчас так далеко. — А, говорят, Сульпиций Мас… — Керкур Сульпиция недавно сел на мель близ Таспа. Этот корабль еще не скоро починят. — А что, у Сульпиция Маса – только один корабль? — Да не один, есть и другие. Только все они с узур… с нашим рэксом. С узурпатором! Именно это словечко и должно было вырваться, да говоривший вовремя прикусил язык. Ну, еще бы – во-он, недалече, прошли вооруженные стражи! И как им только не жарко в кольчугах, шлемах… А Гелимер – да, узурпатор. Классический узурпатор: туманно сославшись на какое-то там старинное завещание Гейзериха, взял да и скинул с престола любимого (или не очень любимого) дядюшку Хильдериха. О чем тут же известил письмом императора Юстиниана – персону, надо полагать, весьма в здешнюю эпоху, авторитетную – мол, теперь я – король, и все по закону, по завещанию, ведь там ясно сказано, что великий вандальский народ имеет законное право свергнуть плохого короля, а Хильдерих был плохим королем, об этом в Карфагене каждая собака знает. Вот великий вандальский народ и поменял плохого короля – Хильдериха – на хорошего – Гелимера. — Ох уж наш рэкс… – откуда-то сверху все же слышался шепоток, видать, тут многие были не против обсудить политическую ситуацию дня, даже несмотря на периодически проходивших мимо портика стражей. Александр навострил уши – все же интересно послушать народный глас, все равно делать нечего. — Это ж надо, назначить своим ближайшим помощником – раба! — Это ты про Году? — Про него… Видать, больше некого назначать! — Как это некого? А королевские родичи? Аммата, Цазон, Гибамунд? — Ага, их назначь… прежний наш рэкс Хильдерих тоже вот приблизил к себе родича – любимого племянника Гелимера… — Э! Вы бы языки-то прикусили, парни. Не ровен час… Так вот Саша и скоротал время до вечера, когда солнце уже явно начало клониться к закату, а море сделалось глубоко-синим, как глаза у оставшейся далеко-далеко Кати. Катя… Не к месту вспомнив про Мириам, Александр почувствовал укол совести… с которым, впрочем, быстро справился: ну, в самом-то деле, не выгонять же было девчонку? Хозяин неправильно бы понял – прислал бы мальчика, которого тоже пришлось бы прогнать, и тогда вот эта показушная асексуальность наверняка пробудила бы в хитром кабатчике подозрения – ведь Александр вовсе не выдавал себя за христианского философа или монаха. А как должен вести себя уважающий себя воин в самом расцвете жизненных сил? Отказываться с негодованием от девчонок? Ага, как же! Однако, интересно, где же Нгоно? Сегодня как раз двадцатое… И «Мистраль» с коммандос должен был возникнуть не так далеко… еще ночью. Что-то не возник. Значит – завтра. Или – в самые ближайшие дни. |