Онлайн книга «Призрак Карфагена»
|
— А варвары? Варвары добрались ли до острова? — Увы, добрались. Не так уж и давно, кстати. Явились на многочисленных кораблях, захватывают города, жгут. Но свои селения строят. — Вот как?! — Да, похоже, и уходить не собираются. — Видать, понравилась им Британия-то! — Молите Господа, чтоб ваши земли не понравились! — Это уж точно! А с каких стран варвары-то? — С полночных, — Александр отвечал не задумываясь, бражка язык-то развязала. — Римляне называют эти народы — германикус, они же всяк про себя — на особицу: англы, саксы, юты, гуты, даны. Но языки схожи! Впрочем, англов так римляне прозвали, означает «люди из медвежьего угла». — А гунны? Гуннов там нету? — Аттилу вспомнили? Не, гунны туда не дошли. — Они и сюда, слава Господу, не дошли, но Лютецию взяли. Прокатились саранчой по всему югу. Хорошо, Папа Лев подослал Аттиле девицу, красавицу готку. Говорят, она его и… Как Юдифь! Рассказчик лишь руками развел: — Ну, братцы мои, это еще не доказано! Может, и ни при чем тут готка эта. Мало ли у Аттилы врагов? — И все ж слава Господу, помер. И нас от него Бог упас. Вот так и текла беседа. Впрочем, долго посиделки не затянулись: в те времена спать ложились рано и вставали с рассветом. Прощаясь и степенно крестясь на колокольню, расходились мужички и их жены, детишек прогнали уже давно. Поблагодарив гостя за весьма занимательную беседу, ушел староста, а чуть погодя и отец Бенедикт. — Пойдем и мы, — зевнув, потянулся Агуций. — Время позднее, а завтра с утра на выпас идти. — Пойдем, — Августина согласно кивнула и, взъерошив сыну волосы, искоса посмотрела на Сашу. — Я тебе в сеннике постелила, паломник. Сенник? Александр задумался, услыхав незнакомое слово. Сенник… А! Наверное, это сарай для сена. — Травы там мягкие, пахучие: чабрец, ромашка, мята. Я и сама летом в доме не сплю — душно. — И я, и я тоже в сеннике буду! — Цыц! — Вдовица со смехом отвесила Агуцию подзатыльник — Тебя еще там и не хватало. Кто будет дом сторожить? — А что там брать-то? Да и воров у нас нету. — Все равно. Нехорошо, чтоб дом пустовал. Да, там хмельное в кувшине… можешь допить остатки. Только смотри, завтра не проспи! — Не просплю, что ты, матушка! — явно обрадовался парень. — А вы что же, хмельное не будете? — Будем, — Августина снова засмеялась. — Только из другого кувшина, из полного. «Опять пить! — сдерживая смех, подумал Саша. — Августина тоже, что ли, в сеннике спать собирается?» Между прочим, заниматься любовью на сене не очень-то удобно — трава колется! Августина, как видно, хорошо это знала, притащила кусок полотна, постелила. Хорошо стало, мягко! Сквозь щелястые стены сенника сверкали желтые звезды, и растущий месяц с любопытством заглядывал в прорехи крыши. Темно было, но все же кое-какие силуэты угадывались. Вдовица протянула кувшин: — Пей! Эх, вкусна бражка! Или что это — сидр? Яблоки еще не созрели, а с недозрелых-то еще и крепче напиток получается. Его перегнать — классный бы кальвадос вышел, градусов шестьдесят, не меньше. — Вкусно! Ты сама-то что не пьешь? — Не беспокойся, выпью! Тихий смех. Стрекот сверчка за спиною. Шорох. Что там делает столь привлекательная хозяйка? Похоже, что раздевается. Ага! Так и есть! Почувствовав прикосновение нагого горячего тела, дрожащего от вдруг нахлынувшей страсти, Саша обнял красавицу вдовицу, прижал к себе, целуя в губы и грудь… Женщина подалась, застонала, начала срывать с гостя одежду, и вот уже молодые тела сплелись, сливаясь в любовном экстазе, и только шуршала под покрывалом солома да бесстыдник месяц с завистью подглядывал в щели. |