Книга Зов ястреба, страница 96 – Яна Летт

Но страх – плохой советчик в Стуже.

По уровню усвоения Луми открыт путь ястреба – но чтобы быть ястребом, нужно уметь принимать решения за двоих, быть смелым и решительным, не сомневаться в себе. Если он не возьмёт Луми, возможно, ей придётся. Слишком редкая удача – рекрут, прошедший четыре Арки. Таких часто направляли в ястребы, надеясь, что повезёт, даже видя, что рекрут совершенно не тянет эту роль силой духа.

Стром потёр уголок глаза. Глаз снова покалывало. Он так не болел, пока Рагна была жива. Он приходил к кропарям, просил удалить радужку орма, но ему отказали.

«Потом у тебя появится новый напарник – и снова всё сначала? Это серьёзная операция, Эрик, сам знаешь. Зачем лишний раз мучиться?»

Он мучился сейчас – когда просыпался ночью от боли. Словно глаз орма жил теперь собственной жизнью, ища Рагну – и не находя.

В письме было немало правды – вот что ужаснее всего. Правды, с которой он мечтал бороться. Но не теперь, когда дело доходило до его собственных рисков.

— Лицемер, – пробормотал он и поймал на себе косой взгляд подавальщицы, вытиравшей у стойки стаканы.

Возможно, он мог бы спасти Миссе Луми – девочку, очевидно, совершенно не приспособленную к тому, что ей предстояло. Защищать её, учить.

Он знал, что это напрасные мечты. Тому, чего ей действительно не хватало, научить невозможно.

Стужа не прощает слабых. Она не учит, не заботится, не даёт второго шанса.

И Миссе придётся пойти туда, и вопрос лишь в том, кто именно будет в ответе за её гибель, кому она будет потом сниться по ночам, чью глазницу будет тянуть и дёргать внезапной болью…

Кажется, снисс действовал на него сильнее, чем он ожидал.

Нужно было отбросить эмоции – мыслить здраво. Сейчас ему нужны были хорошие показатели и безупречная репутация – он должен был собраться и использовать ловушку, расставленную на него неведомым врагом – или врагами – в свою пользу.

Никак иначе.

В его силах помочь когда-нибудь и другим Миссе – если сейчас он будет действовать с умом.

Иде Хальсон.

У неё было прозвище, которое он не запомнил, и необычная внешность – волосы и глаза чёрные, как у иностранки. Её мать и отец обладали вполне типичной кьертанской внешностью – он специально обратил на это внимание. Интересно, с кем могла гульнуть в этом захолустье её матушка так, что никто не был в курсе. На окраинах умеют хранить секреты не хуже, чем в столице. Наверное, даже лучше.

Она неплохо играла в тавлы – и впервые взглянула на Стужу не со страхом, а с восхищением… Не худшее начало.

Куча братьев и сестёр – он помнил гомонящую толпу у поезда. Это плохо – отвлекающий фактор. Но и хорошо – если вовремя напоминать, что её служба может помочь и им тоже.

Она была сдержанной и задавала неглупые вопросы – досадно, что с её характером она не прошла четырёх Арок. Высокое усвоение досталось малышке Миссе с её слезливостью и нерешительностью. Что ж, жизнь несправедлива – это не новость.

«Проклятая газета. Проклятая статья. И проклятый совет Десяти».

Мог ли кто-то из них стоять за всем этим?

— Извините…

Он поднял взгляд и увидел над собой подавальщицу, опасливо державшуюся на расстоянии вытянутой руки.

— Вы будете ещё что-то брать? Моя сменщица вот-вот придёт.

Интересно, она не хотела подходить ближе, потому что боялась, что он напился, или потому, что, как многие малограмотные люди, боялась ненароком прикоснуться к препаратору?