Книга Сердце Стужи, страница 111 – Яна Летт

— Простите, господин Олке, – выдавил он наконец. Это оказалось непросто.

— Я доверился тебе. Выбрал тебя из многих, чтобы заниматься самым важным, что есть на свете, – служением истине. Учил тебя всему, что знаю. Но сегодня… ты меня разочаровал.

Это оказалось куда хуже, чем если бы он ругался или кричал. До сих пор Унельм не сознавал, сколько в его желании справиться с делом было стремления оправдать надежды Олке, показать, что он может стать действительно хорошим сыщиком. Да, конечно, во главе угла всегда стояла Омилия, и всё же… Он вспомнил долгие часы, проведённые с Олке за изучением архивов, подробных разборов старых дел, психологических портретов преступников, воздействия на организм известных науке ядов… Вспомнил, как долго и терпеливо Олке отвечал на его вопросы, как хмыкал в ответ на его шуточки.

— Простите меня, – сказал Ульм снова, и на этот раз его голос звучал иначе. – Мне правда жаль… Я хотел помочь.

Олке помолчал, но взгляд его смягчился.

— Ты узнал что-то полезное? Там, в Нижнем городе.

— Нет…

— Само собой, – Олке закатил глаза. – Само собой, «нет». Один раз, – повторил он, отодвигая чашку. – Только один, Гарт. Иди в архив. Я заказал отчёты с охот за последние полгода. Это таблицы – ты увидишь. В них указано, кто и когда добыл какого снитира, указано число препаратов… Если какая-то часть снитира оказалась непригодна – указано и это. Вместе с причиной. На то, чтобы осмотреть всё это, ушла бы неделя… Вэл должен был заниматься этим, но вдвоём вы управитесь быстрее. Отмечай всё, что может показаться важным. Прежде всего, разумеется, ищи глаза. На полевую работу я возьму кого-то из охранителей. Пришло время заняться Нижним городом. Я собирался взять тебя с собой, но, полагаю, тебе не нужна повторная экскурсия.

— Но… – Олке взглянул на него так, что Ульм осёкся.

— В смысле… Да, конечно.

— Чем быстрее вы с этим справитесь, тем лучше.

— Да, конечно, – повторил Ульм, а потом рискнул. – Но когда… когда я смогу вернуться к полевой работе?

— Когда я скажу, – отрезал Олке. – Сидишь так, как будто недавно тебя хорошо отделали, Гарт. Как я предупреждал: Нижний город – неподходящее место для неоперившихся птенцов вроде тебя. – Он хмыкнул, и Ульм понял: наставник уже меньше злится на него. – Люди там беспощадны даже к своим. Помнишь тех двоих контрабандистов, которых мы взяли в Парящем порту по твоему первому делу, м?

— Да, – прошептал Унельм. – Помню. А что?

«Я хочу освободить своих людей, чтобы и они, и то, что они знают, были в безопасности».

— Убиты при перевозке в крепость. – Олке внимательно смотрел ему в лицо, но Унельм удержался, не опустил взгляд. – Пока неизвестно, кто именно это сделал… Но несомненно одно: это были люди из их же шайки. Не особенно они и таились.

— Как жестоко, – пробормотал Унельм, и Олке кивнул:

— О да. Связаться с подобными людьми было бы огромной ошибкой. Но все совершают ошибки, Гарт. Особенно в юности. Умные люди отличаются от глупых тем, что делают выводы. Я всё ещё хочу видеть тебя в отделе. Но не повторяй своих ошибок, Гарт. Или наши договорённости придётся пересмотреть.

Ульм забормотал слова благодарности, но Олке только рукой махнул.

— Иди в архив, Гарт. И если наткнёшься на что-то интересное… Или если вспомнишь что-то, о чём следовало бы мне рассказать, пожалуйста, не жди, пока Стужа зацветёт. – Он цепко схватил Ульма за рукав, достал из кармана мелок из хаарьей жёлчи и нарисовал на его запястье кружок. – Вот. Возможно, я не буду в доступе по почте. Возьми мелок – обновляй каждый день. У меня вторая половина. Если будет что-то срочное – прикоснись к кружку… сам знаешь. Но, сперва, будь любезен, убедись в том, что информация стоящая. Потому что я постараюсь как можно быстрее добраться до тебя, где бы ты ни был.