Книга Небесный всадник. Том 2, страница 136 – Кирико Кири

Это был ещё один громадный зал, где уже были расставлены столы. Там, где на возвышении по идее должен был располагаться трон, стоял стол императорской семьи. Причём стульев там было чуть больше, чем самих членов. По бокам на том же возвышении тройка длинных столов, а остальные уже стояли внизу, расставленные в две линии.

Как ни странно, император с семьёй сел за главный стол. Но помимо них за стол села Серафина и несколько человек, в которых я узнал канцлера, маршала и главного архимага. Короче, самые-самые сели.

Но нас тоже не обделили: мы заняли стол по правую сторону от императорского стола, в то время как высшая приближённая знать, по левую, а гости на оставшихся. Все остальные присутствующие расселись за столами, что стояли ниже.

— Ну наконец-то, — выдохнула Флория вполголоса. — Я уже проголодалась.

— Как будто мы что-то делали, от чего можно проголодаться, — заметила Тефея.

— Стоять и смотреть, как все пляшут, тоже труд, — ответила Жаннель. — Особенно на нашего героя.

— Понимаю, тоже хотела потанцевать со мной, а я и не пригласил. Прости, — слегка поклонился. — Моя вина.

— Да кому ты нужен.

— Ну раз ты упомянула меня, то тебе, — хмыкнул я.

— Только жаль, что его сердце занято, — усмехнулась Эллианора. — Правда, как оказалось, наш мальчик любит сильно помоложе.

— Ты просто завидуешь, потому что императорская семья на тебя даже не взглянула, — ответил я.

— Вы только устройте мне тут ещё ругань, — шикнула на нас Каталина. — Я вас обрею налысо. Всех трёх.

Ну для меня это не угроза вовсе. Я бы и не против, кстати, был. Голова потеть меньше будет.

Но прежде, чем мы приступили к трапезе, император произнёс тост. Такой, сука, долгий, что он будто речь произносил перед народом, пытаясь их вдохновить. Так и хотелось напомнить, что мы тут, вообще-то, жрать собрались, а не слушать.

Я даже прислушиваться, что он там говорит, не стал, стоял, глядя в стол, и ждал, пока это не закончится, после чего просто поднял бокал вверх и громко произнёс: за нас.

За кого, за нас, мне было непонятно, но пофиг, потому что нам стали подавать еду.

Порции были небольшие, я бы сказал, совсем маленькие, но мне была известна эта фишка. Дело было не в жадности хозяев или поваров: порции маленькие, но их много, и они все разные. Можно за раз попробовать кучу блюд, самых разных, и не разойтись по швам от переедания.

Вот нам на закуску подали в тарталетке какой-то плавленый сыр и сверху сочный кусочек мяса. Следующим была рыба под каким-то молочно-лимонным соусом. Буквально на пару укусов, но оказалось, её ещё и зафаршировали какой-то пряной травой. Сочный кусочек стейка терялся на фоне всего, зато выделялось какое-то странное мясо, похожее то ли на курицу, то ли на гребешок, которое подали без всего.

— Виверна, — пояснила Ирис. — Из совсем детёнышей делают: вырезают мясо на брюшке и варят несколько минут.

— Бедные детёныши… — пробормотал я, пережёвывая мясо. И вкусно, и грустно.

Интересным было яйцо всмятку. Оно было уже вскрытым, но пахло… специфически. И было на вкус будто немного солёным, с каким-то странным ароматом вяленого мяса и нестиранных носков. Хотя вкусно, не буду отрицать.

Так мы и ели каждое блюдо по очереди, незаметно приближаясь к концу праздничного дня. Всадницы негромко переговаривались, обсуждали последние сплетни, кавалеров да и в принципе мужчин, которых видели: новеньких, которых до этого не видели, стареньких, что успели накинуть уже десяток лет, став из мальчишек мужчинами, и тех, кто не пришёл вовсе и вряд ли уже придёт.