Книга Призрак крепости Теней, страница 79 – T. C. Эйдж

Герет уже встал и взял свою трость.

— Я немедленно отправлю ворона. Могу также внести предложение?

— Конечно.

— Напишите королю Эллису, своей собственной рукой. Он будет оскорблен, если в этом вопросе вы обойдете его стороной.

На этот раз Амрон не торопился соглашаться, и Амара тихо произнесла:

— Сэр Герет прав. Наш бесхребетный маленький недотепа не обрадуется, что вы с Веррином взялись управлять королевством без его участия. И, как всегда, обвинит тебя одного, Амрон.

«Мне все равно», – запальчиво подумал он, но вслух ничего не сказал. Вместо этого Амрон кивнул обоим.

— Так я и поступлю. Спасибо, брат. Я в долгу перед тобой за то, что ты так хорошо управляешь этими землями вместо меня.

— Для меня бесконечное удовольствие служить этому дому.

Герет поклонился и вышел.

Амара молчала. Амрон достал из ящика стола письменные принадлежности и взялся за письмо королю.

— Я вижу, что ты наблюдаешь за мной, Амара. – Она сидела в дедушкином кресле, задумчиво потягивая виски. – Хочешь что-то сказать?

— Нет. Жду, когда ты сам захочешь поговорить, милый брат.

— Поговорить о чем?

— О Литиане. О Боррусе. Если тебе нужно еще выпить, чтобы…

— Зачем ты пытаешься меня напоить? – Амрон сдвинул брови. – Чтобы посмотреть, как я расплачусь? Иногда кажется, что ты только этого и добиваешься – тычешь в самые больные места, пока у меня не защиплет в глазах. – Он отложил перо и покачал головой. – Поверь мне, ты напрасно тратишь свое время, Амара. Все свои слезы я выплакал, когда умер мой сын. Какой толк от того, что я буду говорить об этом? Алерон мертв. Литиан мертв – или скоро будет мертв. И, боги свидетели, его смерть будет не из легких. Агаратцам нравится унижать и лишать чести тех, кого они казнят… Хочется ли мне от этого плакать? От мысли о том, что мой самый верный друг, единственный человек, который по-настоящему понимал меня, вот так умрет? – Подбородок Амрона дрожал, но он стиснул челюсти. – Меня гложет чувство вины и злость. На себя и на весь мир. Я хочу крушить, а не плакать, но ничего не могу сделать с этой проклятой рукой!

— Можешь, – ответила Амара с неожиданной решимостью, вскочила на ноги, стремительно подошла к столу и опустила на него бокал с виски. – Боги, Амрон, ты можешь гораздо больше, чем думаешь! Какой бы путь ты сейчас ни выбрал, это пойдет на пользу всем нам. Ради всего святого, ты – Амрон Дэйкар, а ноешь как заблудшая овца! Хватит! Хватит сомнений, хватит блужданий в темноте. Когда ты пригласил меня в эту поездку, я была в восторге, и знаешь почему? – Она не стала дожидаться его ответа и указала на карту на стене. – Посмотри, где мы находимся. Смотри, Амрон.

Амара ткнула пальцем туда, где среди Северных холмов стояла зажатая в их тисках крепость Черной мерзлоты.

— Мы уже на полпути, Амрон. Если отправишься завтра – кто знает, может через неделю ты уже будешь в Северном дозоре, а еще через неделю преодолеешь половину пути через горы. Да, снегопады замедлят тебя, но это не повод падать духом. Соберись, Амрон. Отвага, смелость, честь – эти слова всегда определяли тебя, и эти качества тебя спасут.

Она не стала продолжать, дав ему время осмыслить ее слова.

— Ты считаешь… считаешь, мне следует пойти к могиле Вандара?

— Да. Да, я так считаю, Амрон! Совершенно в этом убеждена!