Книга Призрак крепости Теней, страница 313 – T. C. Эйдж

— Мы передадим твою просьбу. Но если он обычный работяга, то я уверен, с ним все будет в порядке.

Шаска вспомнила о том, что Элион написал в своей маленькой записной книжке. Он посчитал, что мальчиков используют для привлечения огня. Он назвал их «обманкой для лучников» или как-то так. Шаска надеялась, что это неправда. Принц Райлиан такого не допустит, и вандарийцы тоже. Такую грязную тактику мог бы использовать Седрик Кастор. «Но не они. Нет, только не они».

Шаска улыбнулась своим спутникам.

— Спасибо. Я бы дала вам адрес, чтобы вы писали мне, но… я не знаю, где окажусь.

— Корабль причалит в Араме, – в очередной раз напомнил Барнибус. – Но, возможно, они смогут причалить и где-нибудь по пути, если тебе так будет удобнее. Я могу поговорить с капитаном. Еще пара монет, и он не откажет.

— Вы и так были слишком добры ко мне. Я и мечтать о таком не могла. – Шаска выглянула в окно. Снаружи возникла суматоха: наверное, глашатай сообщал новости. – И Арам меня вполне устраивает.

Шаска должна попытаться, разве нет? Попытаться узнать правду о своей матери. И, может быть, Ранульф будет там? Он сказал, что отправится туда после того, как закончит дела с Винсентом Роузом в Соларии. Это вселило в Шаску надежду. Ей все еще было стыдно отказываться от своего долга, но так у нее, по крайней мере, появилась цель.

Шум снаружи становился все громче, и Барнибус тоже подошел к окну. Нахмурившись, он посмотрел сквозь грязное стекло.

— Солдаты? – спросил Лансел через всю комнату.

— Нет, обычные работяги. Похоже, глашатай собрал людей в доках.

Они находились немного южнее города: порт здесь поменьше и не такой оживленный, как главный, где стояло около сотни кораблей.

— Что-нибудь интересное? – Лансел потянулся в кресле и зевнул. – Может, осада Болотной крепости закончилась?

«Похоже на правду, – подумала Шаска. – Судя по жестикуляции глашатая, новости большие и важные».

— Подождите здесь, – сказал Барнибус. – Я спущусь и послушаю.

Шаска наблюдала из окна, как он вышел из приземистого трактира и зашагал по пыльным докам, одетый в потрепанный шерстяной плащ. Она давно заметила, что ни Барнибусу, ни Ланселу божественная сталь не давала обостренного слуха. Это ее удивило. Она спросила их об этом несколько дней назад, когда они остановились на ночлег, найдя заросли ив у реки. «Я думала, у всех рыцарей Варина обостряются чувства благодаря божественной стали».

Когда они ответили, что это неправда и что такой дар – большая редкость, Шаска поняла, как мало она знает. «Я вижу немного лучше, – сказал ей Лансел, – а Барни лучше слышит, но это все равно не так заметно». «А Элион?» – спросила она. «Элион… – рассмеялся Лансел. – У Элиона есть все, но он Дэйкар, так что это логично. Его брат тоже был таким. Алерон… – Его лицо помрачнело. – Мир без него как будто стал меньше».

Шаска заметила, как в глазах Лансела промелькнула боль. «Вы были друзьями?» Оба рыцаря кивнули. Они рассказали, как дружили с детства, как мечтали вместе побеждать в битвах, завоевывать крепости и замки, выигрывать войны. Лансел улыбнулся, погрузившись в воспоминания, затем улыбка исчезла, и он, помешивая угли в костре, прошептал: «Боги были жестоки, забрав его так рано».

«Боги были щедры в своей жестокости, – подумала Шаска. – Они столь же бессердечны, сколь и добры». Люди всегда говорили, что боги сделали из войны игру, и если это так, то, похоже, они еще не закончили…