Книга Тайный миллиардер. Вскрытие покажет, страница 61 – Анна Королева

— Ну, вполне интересный оттенок, — скалится Сибилев и театрально откидывает в сторону рубашку и, остается одетый лишь в темные брюки и самодовольную улыбку, подчёркнуто отступает в сторону, освобождая пространство перед холстом. — Ведь особо нежная плоть в самых интересных местах, как раз имент нежно розовый оттенок.

Я чувствую как щеки становятся пунцовыми и дело совершенно точно не в температуре, а в ужасном таланте Сибилева говорить совершенно немыслимые и развратные вещи, ничуть не смущаясь. — Кроме того, — продолжает он. — Мы ведь можем изобразить друг друга в самых невообразимых позах. Да и холстом для нашего творчества может быть что угодно — крышка стола, пол, простынь…

Божечки, я чувствую, что еще немного я просто умру от смущения. Но самое ужасное, я ощущаю как стремительно возбуждаюсь.

Что происходит?

Сибилев до меня даже не дотронулся еще, а я чувствую как низ живота становится все тяжелее, а трусики становятся слегка влажными.

— Так, что, ведьмочка, не хочешь попробовать?

Он предлагает с такой насмешливой уклончивостью, что это становится больше, чем предложение — это ловушка, и я чувствую, как на мгновение жизнь замирает, застывая в вихре желаний и решений.

В какой-то момент всё остальное исчезает. Остаемся только мы.

Я делаю шаг вперёд, чувствуя, как все краски мира словно стираются, оставляя только его глаза — глубокие, сейчас тёмно-серые будто грозовое небо, тянущие меня в саму бездну безумия. Сибилев замолкает, будто ожидая моего следующего шага, его улыбка замирает на грани между вызовом и чем-то гораздо более опасным.

— Дмитрий Александрович, — произношу я тихо, но с такой уверенностью, что даже Анжелика перестаёт мельтешить за холстом, — вы любите бросать вызовы, но готовы ли вы к тому, чтобы их принимать?

Он медленно склоняет голову, едва заметно приподнимая бровь. Его взгляд становится ещё более сосредоточенным, почти гипнотическим.

— О, я всегда готов, ведьмочка, — отвечает он, и в его голосе слышатся нотки пресного сарказма, но в них скрыто нечто большее. — Но вопрос в другом: готова ли ты?

Я делаю ещё шаг, сокращая расстояние между нами до опасной близости. Его дыхание обжигает мою кожу, и, несмотря на внутренний шторм, я сохраняю лицо.

— Я всегда готова, — шепчу я, чувствуя, как напряжение между нами достигает пика. — Но игра в огонь может оставить ожоги.

Он улыбается, но в его взгляде мелькает искра открытого желания. Такого я раньше за ним не замечала

— Тогда давай посмотрим, чья воля окажется сильнее, — произносит он, и в его голосе звучит тихий вызов.

Увы, самая сильная воля оказывается у Анжелики. Воля к победе, если это можно так сказать.

— Уверена, что эти вызовы — вполне интересные шутки, но сейчас мы заняты немного другим…

Она как и прежде тянется к Сибилеву, но на этот раз ему будто надоедает подыгрывать ей.

Он с легким раздражением морщится и накидывает на себя рубашку.

— Думаю, все уже насладились твоим мастерством, Анжелика. Тем более, что мне пора. Дела. Да и Юлечка приболевшая, наверняка ей сложно столько времени находиться на ногах. Поэтому, я её провожу, — он без всякого стеснения, при всех кладет мне ладонь на талию и я в этот момент понимаю, что еще немного и Анжелика просто испепелит меня.