Книга Сломанный Свет, страница 70 – Нина Море

Сознание возвращалось рывками — будто кто-то медленно вытягивал его из густой, липкой темноты. Кирилл застонал, пытаясь повернуть голову, но резкая боль в затылке прострелила мозг. Мир плыл. Холод. Металл под ступнями. Запах сырости и железа.

Он попытался поднять руки, чтобы приложить к вискам… не получилось. Кожа на запястьях натянулась, больно впиваясь в верёвку. Голова тяжёлая, рот сухой, губы потрескались. Он привязан к стулу. Руки и ноги зафиксированы веревкой.

Кир сфокусировал зрение, осмотрел незнакомое помещение в полумраке.

«Кажется, проблема намного серьезнее»

Резкий свет фонаря ослепил до боли. Сквозь него, Кир различил перед собой фигуру. В полумраке свет падал так, что лицо человека оставалось наполовину в тени.

Но по очертаниям на пухлой низкой фигуре, Кир различил старого знакомого.

Сергей.

Аккуратный, чисто выбритый, в выглаженной сорочке, которая натянулась у него на животе... будто пришёл не на пытку, а на встречу.

Чуть поодаль, в углу, стоял другой, широкоплечий, с усталым взглядом и привычкой всё время тереть переносицу. Вот его было видеть сейчас неожиданно…

Белов. Бывший следователь, что вел дело Евы…

Кирилл моргнул, не сразу веря глазам.

— Ты… — прошептал он. — Ты с ним?..

— Прости, Кирюх… — Белов отвел взгляд. — Ты не понимаешь, во что влез.

Кир усмехнулся, но боль в голове заставила его тут же поморщиться.

— Понимаю… — прохрипел он. — Продался…

А вот Сергей заскучал, подошёл ближе, привлекая к себе внимание. Остановился напротив, Кира, привязанного к стулу, скрестив руки за спиной.

— Знаешь, Кирилл, — произнёс он мягко, почти по-отечески. — Мне всегда нравилась твоя решительность. Даже тогда, пять лет назад. Ты действовал инстинктивно, не задумываясь о последствиях. В этом — твоя сила. И твоя слабость.

Он обошёл Кира по кругу, наклоняясь чуть ближе, чем позволяла дистанция.

— Знаешь, почему я тебя не тронул раньше? Потому что ты — часть истории. Нашей истории. Моей и Евы.

Кир молчал. Слова будто вязли в горле. Он чувствовал ярость… сметающую…

Сергей прочел дикий взгляд Кира, его желание убить его, и улыбнулся.

— Полно, Кирилл… — довольно протянул Сергей. — Хочешь, расскажу тебе, как всё было на самом деле?

Кирилл смотрел Сергею в глаза, натягивая за спиной веревку.

— Прокурор… Уважаемая должность, верно? — Сергей говорил спокойно, почти с наслаждением, будто читал лекцию. — Но никто не знал, что я всё это время был одержим. Не женщиной — идеей...

Его голос был ровный, убаюкивающий, со странным оттенком гордости.

— Ева была идеальной. Не такой, как остальные. Чистой. Настоящей. Я наблюдал за ней с детства. Она была рядом… дочка коллеги… Маленькая, улыбчивая, доверчивая. Я видел, как она растёт, и с каждым годом понимал: она — не просто девочка, а Свет.

Сергей обошел Кира, смахивая с его плеч пылинки. А Кирилл прожигал взглядом теперь Белова, что стоял напряженный. Но и с отвращением пялился на Сергея.

— Ты, Кирилл, не поймёшь. У вас, молодых, всё просто: понравилась — добился. Вожделение, грубость, тело. А у меня было другое. Высшее.

Он сделал паузу, заглядывая Кириллу прямо в глаза.

— Я не хотел её касаться. Это было бы кощунством. Я хотел оберегать. По крайней мере, пока она не вырастит. Понимаешь? Защитить от этого грязного мира, где ей не место. Но она… не замечала меня. Жила своей жизнью. Улыбалась кому-то, кто не достоин даже смотреть на неё. Я пытался понять — почему. Почему она не видит, кто действительно рядом, кто способен спасти её.