Книга Сломанный Свет, страница 53 – Нина Море

— Принцесса, ты пакуешь вещи или готовишься к побегу в горы? — пошутил он, проходя внутрь.

Ева повернула к нему голову и слегка улыбнулась:

— Не хочу ничего забыть. А ещё я кладу "на всякий случай". Вдруг ты скажешь, что тебе срочно нужен плед и второй свитер?

— Я скажу, что мне нужна только ты, — легко ответил Кир, подходя ближе.

Он оглядел комнату — просторно, чисто, аккуратно. На полке над кроватью — её рисунки в простых рамах. На комоде — несколько свечей, открытая тетрадь с мелким почерком, плюшевый заяц. Всё в этой комнате — дышало ею.

Кир присел рядом, и, заметив раскрытый ящик комода с бельём, не сдержал улыбку:

— Так-так...

Он вытянул руку, взял один из комплектов — из тонкого светлого кружева, почти прозрачного, и, как бы между делом, положил в её сумку.

— Это мы точно берём, — он посмотрел на неё с добрым, но таким горящим взглядом, съедающим. — Чтобы не забыть, какая ты на самом деле хулиганка, — понизил голос.

Ева тут же вспыхнула, прикрыла лицо руками и тихонько захихикала.

— Кирилл, ты!.. Это... Это вообще для красоты, а не для дела! — Она рассмеялась, смущённо поправляя волосы. В её смехе был звонкий стыд и нежность.

— А я, между прочим, ценю эстетику, — невинно пожал плечами он, притягивая к себе Еву. — Скажи, что это для меня… — хрипло произнес Кир, поцеловал ее в висок, а ладонями уже гладил талию. — Ну ли хотя бы, что ты думала обо мне, когда покупала это прозрачное кружевное белье… — Кир коварно улыбнулся.

— Вот же, собственник! Ну надо же! — Ева ткнула его в бок, но глаза её светились. — Я думала… ну… что, если вдруг... я же не знала, как всё будет. Хотела быть красивой. Для тебя.

Кир обнял её за плечи, прижал к себе.

— Ты красивая всегда. Но вот это, — он снова взглянул на сумку, где виднелся краешек кружева, — доказывает, что под твоей ангельской внешностью живёт девочка с огоньком. Я чувствовал это… Знал…

Она чуть отстранилась, посмотрела на него, уже серьёзнее:

— А ты знал… что для меня ты всегда был примером?

— Примером? — Кир замер.

Ева кивнула, глядя в его глаза, уже совсем по-взрослому.

— После всего… я всё пыталась понять, как жить дальше. И помнила тебя. То, как ты вытащил меня. Как не испугался. И потом — как держался, был сильным, честным, — Она взяла его ладонь в свою. — Мне хотелось быть похожей. На тебя. Хотелось быть лучше. Соответствовать.

Кир проглотил ком в горле. Он гладил её пальцы — тонкие, нежные.

— А я, пока ты исчезала из моей жизни и расправляла крылья вдали от меня, — тихо сказал он, — пытался выживать без тебя и не задыхаться без своего наивного ангела... Фантазировал, думал, что это у тебя была просто привязанность. А оказалось, ты — моя жизнь. И всё, что я искал.

Они сидели рядом, близко, почти дыша одним воздухом. Он притянул её к себе, лбом к лбу:

— Ева, ты — самое прекрасное, что было и есть в моей жизни. Самое важное. Самое настоящее.

Ева медленно обвила его руками за шею, прижалась:

— А ты — моя опора. Моя тишина в голове. И мой дом.

Он поцеловал её — нежно, как будто впервые. В этой тишине было только их дыхание, свет настольной лампы, и за окном — тёплый вечер, охраняющий их покой.

* * *

Квартира Кира встретила их тишиной, уютом и ощущением нового этапа.

Ева огляделась, словно впервые. Ни лишнего декора, ни теплых цветов, ни следа спонтанности. Только вещи, которые работают, вещи, которые нужны.