Книга Измена. Доверие (не) вернуть, страница 32 – София Брайт

— Вика, удалить фотографию не проблема, — усмехнулся я, не понимая, чего она от меня добивалась. — Если бы я не видел тот снимок собственными глазами, то, возможно, поверил бы тебе. Не знаю, чего ты хочешь от меня, используя такие методы, но никаких личных отношений, даже дружеских, я с тобой поддерживать больше не буду. Закончится контракт — и между нами все. И только попробуй сунуться к Даше. С рассказом о том, что ничего не было, или с другим мотивом. Держись от нее подальше.

— Тимур, ты что, мне угрожаешь? — она распахнула глаза и сделала рот буквой “о”.

— Предупреждаю. Поняла меня?

— Но я же люблю тебя! — всхлипнула Вика.

— Это временно, — повернулся к ней спиной и пошел к лифту, думая о том, что про Вику можно забыть, размышляя на тему, чем можно будет утром порадовать жену.

Дарья

— Голова кружится? — ласково улыбнулась медсестра, переставляя систему.

У девушки с красивыми зелеными глазами были теплые нежные руки, и она старалась сделать мое пробуждение максимально комфортным.

— Нет. Болит только, — прислушалась к ощущениям.

Это третий раз, когда я пришла в себя, и уже на более длительный срок. В сон все еще клонило, но хотя бы я могла оставаться в сознании.

— Скоро придет доктор, посмотрит вас, а там решит, когда делать операцию.

— Хорошо, — мне было тяжело говорить. Каждое слово отдавалось простреливающей болью в голове.

А еще тело. Болела каждая кость. Казалось, что не осталось ни единого целого участка в организме. Сказали, что мне нужно оперировать шейку бедра. И я надеялась, что это произойдет как можно скорее.

— Отдыхайте, Дашенька, — поправила на мне одеяло медсестра и вышла из палаты.

Приходить в себя в больнице было очень странно. Сначала я не понимала, где нахожусь, и с трудом вспомнила сама себя. А потом картинки произошедшего одна за другой накрыли меня, вгоняя в панику. В животе похолодело от ужаса, когда я вспомнила момент летящего на меня автомобиля. Но еще хуже стало от мыслей о Тимуре.

Измена мужа, встреча с его любовницей и безобразная сцена у подъезда сестры, приведшая к тому, что я теперь находилась в больнице… У меня не было сил, чтобы думать обо всем этом, анализируя. При воспоминании о Бакирове под грудиной давило и пекло. Я не хотела его видеть. Слишком многое он совершил, чтобы растоптать мои чувства к нему.

— Не спите? — появился возле кровати высокий мужчина с пшеничного цвета волосами, светлой щетиной на щеках и в голубой медицинской форме.

— Устала спать, — тихо ответила.

— Это очень хорошо. Значит, идет восстановление. Понаблюдаем еще до вечера за вами, и если все будет в порядке, то переведем в общую палату, — довольно улыбался он.

— А что потом? Когда будет операция?

— Нужно убедиться, что вы стабильны, и тогда можно будет прооперировать шейку бедра. А потом продолжим лечение и начнется реабилитация.

— Сколько я буду находиться в стенах больницы? — впервые в жизни мне не хотелось возвращаться домой. Я собиралась отложить этот момент на как можно более долгий срок.

— Пока сложно сказать. Будем смотреть динамику. Но вам потребуется уход.

— Надеюсь справиться своими силами, — я не собиралась напрягать Соню. А о том, чтобы видеть в качестве сиделки Бакирова, и речи быть не могло.

— Об этом мы еще поговорим, перед выпиской. Боли сильные? — посмотрел пристально.