Книга Игрушка на троих, страница 39 – Алика Бауэр

— Тогда что ты хочешь? — спрашиваю с надрывом в голосе.

— Пососи мне, — спокойно отвечает он.

Сначала думаю, что мне послышалось. Но, опустив глаза вниз, вижу через плотную ткань джинс очертания возбужденной плоти.

— Почему здесь?

Я уже даже не пытаюсь увильнуть от своего наказания, зная, что все равно это будет бессмысленно. От этой мысли становлюсь противна сама себе.

— Адреналин — это приправа, малышка. Без него все пресно. — Арс давит на газ и ускоряет нас. За окнами пролетает смазанный стадион, все сливается в единый поток разноцветных точек. — Меня дико возбудило тогда твое представление на коленях Кира, — продолжает он, как ни в чем не бывало. — И сначала для твоего наказания я хотел исполнить что-то такое, но понял, что соскучился по твоему ротику.

Арс — настоящий псих! Адреналиновый наркоман. Как вообще можно было додуматься до такого?

Но, честно говоря, я считала, что из всех мужчин у него меньше всего работает фантазия.

Что же тогда придумают для меня остальные?

Для них это игра. Сброс напряжения, удовлетворение своих желаний. Для меня — борьба с собой, где надо забывать о собственной гордости и размывать границы.

— Малышка, — твердо произносит Арс, выводя меня из размышлений, — я могу катать тебя так целый день, но мне казалось, ты хочешь закончить с этим побыстрее.

Он прав. Чем лучше и качественнее я справлюсь, тем быстрее Арс остановит дьявольскую машину, и мои ноги снова окажутся на земле.

И теперь понятно почему ремни могли мешать.

Мне страшно отрываться руками от сидения — моего единственного способа защиты. Но все же, ругаясь про себя, делаю это и тянусь к ширинке, двумя пальчиками спускаю «собачку» вниз.

Дрожу. То ли от ужасающей скорости, то ли от того, что приходится проявлять инициативу.

— Давай, малышка, — низко и недовольно тянет Арс, — мне показалось, что ты смелее.

Он сам одной рукой высвобождает болезненно возбужденный член.

Сглатываю вязкую слюну, зацепившись взглядом за гладкую розоватую головку.

— Только от тебя зависит, приму я это наказание или нет.

Его фраза неприятно бьет по ушам.

Неужели меня еще может ждать «пересдача»?

Наклоняюсь и пытаюсь не думать о скорости, к которой просто невозможно привыкнуть.

Тугая головка касается рта.

Мощный позыв проносится по всему телу. Накрываю губами головку. Облизываю языком и слышу еле уловимые из-за рева мотора шипения у меня над головой.

Стараюсь не зацикливаться на своих действиях. На вкусе, который сейчас, на удивление, не вызывает отвращение. И сама не замечаю, как начинаю принимать в себя все больше, глубже обсасывая набухшую плоть, ощущая языком каждую набухшую венку.

Какой же у него… толстый. Уголки губ начинают щипать, а по члену и по моему подбородку начинает скатываться капельки слюны. Но думаю только о том, как он сможет во мне поместиться?

От этой мысли ощущаю, как внутренние мышцы сжались.

— Хороша сучка, — осипшим голосом говорит Арс, кладя ладонь мне на затылок. — Давай и здесь добавим скорости.

Хоть и не до конца понимаю, что он имеет в виду, протестуя, мычу, не выпуская скользкий от слюны член изо рта. Но, похоже, мой стон был расценен за одобрение.

Арс хватает мои волосы и зажимает их крепко в кулак. Новый стон, уже от неожиданной боли, срывается с губ. Только вот он уже вошел в кураж и не собирается отказываться от своей задумки.