Книга Взрыв из прошлого. Дядя доктор, спасите мою маму, страница 12 – Татьяна Тэя, Юлия Гордина

Я уже собираюсь позвонить институтскому приятелю, когда по квартире проносится трель звонка.

На пороге Надя. Но без бутылки вина, зато с напряжённым выражением на лице.

— Привет, решила приехать помочь, — заявляет, переступая порог.

— С чем?

— С девочкой. Как её зовут?

Надя смотрит куда-то мне за спину, выглядывая ребёнка, словно он может ползать где-то у нас под ногами.

— Наташа спит.

— Спит… ладно, — решительно стряхивает куртку с плеч, вешает на крючок, а потом шагает ко мне, опуская ладони мне на грудь и подставляет губы для поцелуя. — Дэнчик, ты просто Мать Тереза в штанах. На кой чёрт тебе эта головная боль? Что ты о детях вообще знаешь? С ней же сидеть надо. У тебя завтра встречи по аптекам. Вот кто с ней сидеть будет? Хочешь, я посижу?

— Не надо, Надь. Я няню ей нашёл, — привираю. Потому что никого не успел найти. — А встречи можно перенести или ты на них поедешь.

— Я?

— Ты-ты, кто у нас операционный директор?

— А кто владелец? Все хотят общаться с владельцем! А не со мной.

— Ну не правда.

Надя отстраняется раздражённая, что я не отвечаю на её заигрывания, но мне сейчас не до поцелуев, да и мы не в отношениях. Время от времени спим друг с другом. Надя знает, что у нас без обязательств. Сама сказала, что всё её устраивает. У неё был короткий брак, продлившийся меньше года. Она сказала, что отношениями наелась надолго. И пока ей ничего серьёзного не хочется.

Мне тоже не до любовей было. Работа, бизнес, новые цели, крутые планы, которые я претворил в жизнь. Идея создать новую аптечную сеть пришла не с потолка. Я знал, что ниша эта перегружена и придётся пробивать стену. И я пробил. И начал не с провинции, а с двух столичных городов. Теперь в сетке аптек около сорока двух точек, и мы продолжаем расти. Планы на ближайшую пятилетку — грандиозные. В Питере я точно планирую открыть рецептурные кабинеты. Потому что их очень мало по городу.

А Надя очень хорошо зарекомендовала себя, как управленец. У неё крепкая хватка и бизнес-чутьё. И связи она устанавливать умеет. Налегке.

— Так, ты ребёнка чем кормил?

— Блинами.

— Сам, что ли, пёк?

— Шутишь? У меня даже яичница с поджаркой. Заехали в кафе.

— Давай я супчик сварю. Вот ингридиенты привезла с собой, — поднимает пакет, который сразу не заметил.

— И котлет наделаешь? — выгибаю бровь.

— Ну нет, Динаров, — хлопает меня по плечу. — Котлеты — это уже перебор.

Пока Надя кашеварит на кухне, я просматриваю документы, которые она привезла, ставлю свои подписи, где надо, и звоню адвокату по поводу суда.

В прошлом месяце в одну из аптек забрались, стащили рецептурные препараты, в том числе строгие анальгетики. Преступника поймали, теперь затянулась череда судебных разбирательств, от которых у меня голову рвёт. Такими делами совсем не хочется заниматься. Я врач, а не юрист.

Поднимаю голову, смотрю на Надю. Как она двигается по кухне: с лёгкостью и грацией, как будто готовка — это её естественное состояние. Но это не так. Надя и быт — это вообще разные вещи. Я вижу, как она нарезает овощи, её руки уверенно и быстро выполняют каждое движение. Также чётко она режет конкурентов на встречах.

Запахи, которые наполняют кухню, вызывают у меня ностальгию. Они напоминают мне о детстве, о том, как мама готовила на кухне, и я сидел рядом и делал уроки.