Книга Вдова моего брата, страница 69 – Диана Фад

— Это касается только нас с Яном и никого больше, — даже не прошу передать газету мне. — Извините, но я устала. Спасибо за чай, мне нужно ехать домой.

— Подожди, Кира, — успокаивает меня Виктория Алексеевна, сжимая руку. — Прости, если я лезу не в свое дело. Сама понимаешь, я волнуюсь за тебя и будущего внука.

— Ничего, это ваше право, но я сама решаю, как мне жить. — твердо отвечаю ей и по лицу вижу, что не нравится. Но я и не собиралась угождать матери Тимура. Мы с ней чужие люди.

— Верно, но… — снова начинает она, а я прерываю:

— Когда-то и вы были в похожей ситуации и приняли решение, которое изменило вашу судьбу. Поэтому оставим все как есть.

— Так ты знаешь мою историю, — поджимает губы Виктория Алексеевна.

— В общих чертах, и я вам сочувствую. Но что было, уже не вернуть. Мне очень жаль, что ваша судьба сложилась именно так. Оставить ребенка, спасая себя…

— Осуждаешь меня, Кира?

— Не знаю, — честно отвечаю ей, пожимая плечами. — Будь я на вашем месте, неизвестно, как бы все сложилось. Нам не дано знать наших сил и возможностей.

— Ян из семьи диктаторов, и ты сама понимаешь, что из этого следует. — тихо произнесла мать Тимура.

— Ваш сын тоже. Был из этой семьи.

— Вот именно. Мой мальчик остался в этой семье, которая его и сгубила, — сердито произнесла она. — А Ян ничем не помог.

Я промолчала. На самом деле я не знала, что думать о Яне. Он был не только братом моего покойного мужа, но и человеком, который поддерживал меня в трудные минуты, хоть и по-своему. Однако от слов Виктории в голове всё больше путались мысли.

Принесли новый чай, закуски, наш разговор продолжался, касаясь не только событий прошлых лет, но и малюсеньких радостей, таких как будущее появление ребенка. Виктория делилась воспоминаниями о Тимуре, о том, каким он был маленьким растяпой и как переживал из-за мелочей, как любил своих близких. Это было трогательно и в то же время печально.

— Я очень жалею, что не смогла взять его с собой. Я так много пропустила и так любила своего мальчика, — с грустью в глазах говорила Виктория. — Но с ним я бы не добилась всего, что имею сейчас. А когда пришло время, и я могла помочь Тимуру, он ушел от нас.

— Почему вы не встречались с ним раньше? — поинтересовалась я. — За все время, что я жила с ним, мой муж даже не сказал, что у него есть мать и это вы.

— Мой муж был категорически против общения с ребенком из этой семьи. Политика такое дело, что любой компромат может испортить всю репутацию. Никто не должен был знать, что у меня есть ребенок вне брака и я его как бы бросила. Это было условием моего мужа.

— А что сейчас?

— Сейчас Тимура нет, и я в любой момент могу опровергнуть все факты, если кто-то их мне предъявит. Просто посмеюсь наглецу в лицо.

— А как же будущий внук? Вы собираетесь участвовать в его жизни или я ошибаюсь?

— Почему же? — отвела взгляд Виктория. — Ребенок — это отдельная история.

— А мне кажется, у вас не получится скрыть появление внука или внучки в вашей жизни.

— Предоставь это мне, — улыбнулась мать Тимура. — Ты же не собираешься давать интервью и говорить всю правду?

— Зачем мне это? — фыркнула я. — Мне хватает внимания прессы из-за наследства будущего ребенка.

— Кстати, я хочу, чтобы мой внук или внучка помнили, чьи они дети, — сказала Виктория с нежностью. — Надеюсь, когда он вырастет, мы сможем рассказать ему или ей о Тимуре.