Книга Наши лучшие дни, страница 158 – Клэр Ломбардо

Ладно, оно того стоило. Дни юности уравновешены теперешним статус-кво. Ибо теперь в жизни Венди есть винный шкаф с температурным режимом, двухуровневые апартаменты в небоскребе, глядящем на озеро Мичиган. Есть право командовать. Есть право подцепить в баре какого-нибудь молодчика лет двадцати с хвостиком, притащить его домой, а среди ночи выставить вон, если наскучит. В детстве, отрочестве, юности Венди натерпелась – зато в зрелости ей позволено мучить других. Многие, очень многие творят куда большее зло. А Венди не отыгрывается, она – смотри выше – выживает.

— Ну как там… все? – спросила она, усаживаясь и берясь за штопор.

Мэрилин вздохнула:

— Как там все… Они в порядке. Мы в порядке. Твои сестры – с ними без изменений. Лиза несколько… измождена. Ну да ты знаешь, каково носить… – Мэрилин осеклась, виновато взглянула на Венди. – Джона почти освоился. Он очень славный. Потрясающая жизнестойкость у мальчика, не находишь?

Венди тянула вино мелкими глотками. И молчала.

— Милая, между тобой и Вайолет… все в порядке?

— Угу, – промычала Венди. Так Джона мог бы ответить.

— Просто, по-моему, последние месяцы были… достаточно тяжелы. Для вас обеих. Кроме того, я заметила… Впрочем, не знаю. Может, показалось.

— Я лично в норме. Насчет Вайолет – я не телепат.

— Мы с тобой это толком не обсуждали. – Мэрилин тщательно подбирала слова. – Я о том… событии. То есть нет. Это не событие, раз процесс шел почти год. Короче, я говорю о периоде, когда Вайолет жила у тебя.

— Пришли, увидели, победили, – бросила Венди с деланой беззаботностью, даром что дело пахло допросом, и это ее здорово нервировало. – Господи, мам, что еще ты хочешь знать? Вайолет залетела. Вайолет родила. Ребенка усыновили. Вайолет с пугающей быстротой вернулась в свою прежнюю ипостась – иначе говоря, стала автоматом, роботом. Поступила на юрфак. Конец сюжета.

Разумеется, никакой это был не конец. Все только началось, в том числе и для Венди с Вайолет.

— Хоть режь, не понимаю, почему ты не позвонила мне. Почему ни тебе, ни Вайолет в голову не пришла простая мысль: что вы обе эмоционально не дозрели до столь судьбоносного решения.

— Ну мам! Тебе самой было примерно столько же лет, когда ты нас родила, – напомнила Венди.

— В общем, да, конечно. Только я… Тогда времена были другие, Венди, и со мной был твой папа, а кроме того, мы хотели детей. И то обстоятельство, что я забеременела тобой чуточку раньше, чем…

— Господи, мама! Неужели я у вас незапланированная? – Венди закатила глаза. – Я в шоке. Ты никогда об этом не говорила.

— Венди, доченька, я же вовсе не то имела в виду.

— Мы с Вайолет – сестры, мама. По-моему, это самое внятное объяснение. Другого у меня просто нет. Хотя тебе все равно не понять.

Мэрилин рассмеялась:

— Ну, Венди, это перебор. Я четырех дочерей родила и вырастила – и я же не понимаю насчет сестринства?

Венди пожала плечами:

— Мне и самой странно, да только факт остается фактом.

Мэрилин, секунду подумав, решила тему не развивать:

— Ну а сама ты как, Венди? Столь же безнадежно потерянной себя чувствуешь, что и остальные?

Фраза вполне могла считаться замысловатым комплиментом. Венди, с ее двухуровневыми апартаментами, вдовством и готовыми блюдами из пафосного супермаркета органических продуктов, и впрямь оказалась устроена куда лучше сестер. Сказано же: это способ выживания. Мэрилин откинулась на спинку стула, закрыла глаза, определенно не слишком желая получить ответ. Красота матери в очередной раз потрясла Венди. Почему, ну почему впечатление, будто это у нее не морщины, а просто она без умолку смеется? Каким чудом в волосах – отродясь не крашенных, задешево постриженных – до сих пор остался блеск рождественской золотой мишуры?