Книга Неожиданный удар, страница 110 – Ханна Коуэн

Перед бирюзовым озером стоят трое. Три человека, очень похожие на Адама, Купера и меня. Я перевожу взгляд на Купера: он нервно наблюдает за мной широко распахнутыми глазами.

— Ну ничего себе, я довел тебя до слез. Позвать папу? Да, пойду позову его, – сбивчиво говорит он и выглядит при этом, как олень в свете фар.

— Нет! – поспешно возражаю я. – Нет, все в порядке. Это мы?

Он кивает.

— Да. Я говорил, что ненавижу рисовать людей, и это правда, но миссис Джонсон твердила, что, может, мне будет приятнее рисовать людей, которых люблю.

Я прикрываю рот тыльной стороной ладони и сглатываю всхлип. Они со своим отцом меня доконают.

— Нельзя просто выпалить человеку, что любишь его. Предупреждать надо, – хриплю я.

— Упс, – виновато улыбается Купер.

— Я не знала, что ты меня любишь.

На его лице отражается любопытство.

— Почему нет?

— Мы знакомы всего несколько месяцев.

— Я думаю, это достаточно долго. Мне нравится, что ты в нашей семье. Думаю, ты ее дополняешь.

Из меня вырывается похожий на хныканье звук. Этот ребенок… этот ребенок что-то исключительное. Я бросаюсь к нему и крепко обнимаю, бормоча:

— Я тоже люблю тебя, Купер. Я буду рядом столько, сколько вы захотите.

— Значит, навсегда, – говорит Адам, присоединяясь к нам.

Я смотрю на него и замечаю, как сияют его глаза, когда он видит, что я обнимаю его сына.

— Вроде того, – соглашается Купер.

Адам заключает нас обоих в объятия, и я закрываю глаза, довольная и умиротворенная.

Я целую Купера в макушку.

— Звучит идеально.

Пальцы ласково проходятся по дорожке волос над поясом моих боксеров, вырывая у меня стон. Накрываю нежную руку ладонью и подношу к губам. Касаюсь ладони губами, целую ее.

— Рано. Поспи еще, – хриплю я.

Вдыхаю аромат вишневых цветов и улыбаюсь, несмотря на закрывающиеся от усталости глаза. Скарлетт утыкается головой в мое плечо, осыпая кожу поцелуями.

— Не могу. Думаю, я слишком устала.

Я бессознательно кручу холодное серебряное кольцо на ее пальце, пока не касаюсь бриллианта в центре.

— Да? Я тоже. Во сколько мы собираемся к твоей маме?

— В час, когда она пообедает. Врачи говорят, тогда она наиболее вменяема.

Я сжимаю ее руку и кладу себе на грудь. Скарлетт сонно мычит, но я уже знаю: надежды на то, что она снова заснет, нет. Скарлетт – самая упрямая соня в мире. Это было одно из моих первых наблюдений, когда я уговорил ее переехать к нам с Купером два года назад.

Хотя мне хотелось бы, чтобы она переехала как можно скорее, я знал, что это невозможно. Нам всем требовалось время, чтобы приспособиться к изменениям в наших жизнях, и она не хотела покидать свою маму, пока не осталось другого выбора, кроме поисков дома престарелых. Поддержать ее решение было легко, к тому же я знал, что это значило для нее.

Только когда Амелия больше не могла жить в собственном доме без круглосуточного ухода, Скарлетт приняла решение устроить ее в дом престарелых. Пару месяцев она сохраняла это жилье, но оно стало пустым и одиноким и, как она сказала мне ночью перед тем, как выставить его на продажу, больше не ощущалось домом.

— Как думаешь, как она отнесется к новости? – спрашиваю я свою невесту.

Мне нравится, как это звучит. Я сделал ей предложение три недели назад и до сих пор не привык к тому, как сильно мне нравится использовать этот титул при любой возможности.