Книга Заклинательница океанов, страница 85 – Мария Данилова

Мы помолчали еще какое-то время. Мне хотелось ругаться, но я не могла обижать его чувства, поэтому пыталась успокоиться и не выдать ему что-нибудь вроде «ну и идиот ты!». Я тоже не меньшая идиотка, ведь была влюблена в бездушное создание Тьмы, так что мне, как никому, должны быть понятны его чувства.

Но только дело все в том, что Рэйвин не выбирал Тьму, всеми силами пытаясь рваться к Свету. Он изначально был созданием Света, ему было проще. За него все было решено.

С Рокки по-другому. Изначально у нее был выбор, и она выбрала Тьму. Она до сих пор ее упорно выбирает и не дает ни себе, ни нам, даже возможности подумать, будто в ней действительно есть зародыш Света.

И вот в нее Оли и втрескался. Замечательно!

Ладно, пробуем работать с тем, что имеем.

— Ты не можешь заставить ее любить тебя, — как-то не очень обдумав, произнесла внезапно я.

Закусив губу, я виновато уставилась на Оли. Он пребывал в задумчивом размышлении, немножко хмурился и грустил. Пожалуй, все еще обижался за то, что я его треснула.

— Ты знаешь, что я видел?

— Нет, — честно ответила я.

— Она меня любила.

— В прошедшем времени? — Уточнила я. Оли стрельнул в меня взглядом ястреба (птенца, не больше, но сейчас я была готова идти на мировую), я ретировалась. — Извини. Продолжай.

— Именно ее чувство будет стоить мне жизни.

М-да. Похоже, правду говорят — мы находим себе друзей, похожих на нас самих. Ну и какого черта это рыжее чудо готово смертельно любить девчонку, которая, по сути, приведет его к смерти? Сказала она. Ладно, я не самый благоразумный человек в мире, который может вправлять сейчас мозги на эту тему.

Но что-то же надо сказать.

— Рэйвин боролся за меня, — осторожно напомнила я.

— Ты ее не знаешь.

— А ты?

— Я!.. — Оли хотел было воскликнуть что «да», но напоролся на мой вполне предсказуемый взгляд, и выдохнул весь свой боевой настрой.

— Я понимаю тебя, ты знаешь, как никто. Это трудно. Можно даже сказать — невозможно. Но Рокки выбрала свой путь сама, понимаешь? Ее не интересует Свет, она никак не может понять, что чем больше она гонится за возможностью снова стать человеком, тем больше она становится той, за кого ее прокляли.

— Но есть же еще шанс, — с мольбой в голосе обратился ко мне Оли.

— Оли… — ком в горле застрял ожидаемо, — мы сделали все, что могли.

— Значит, недостаточно.

— Нельзя спасти того, кто не хочет быть спасен, — тихо произнесла я.

Оли ссутулился и ушел в себя на несколько минут. Он понимал, что я права. Тут уж ничего не поделаешь, такова правда жизни. Человек может измениться, если только он этого хочет. Тогда он примет любую помощь и сделает все, чтобы только осуществить то, к чему он стремится.

Но Рокки стремится исключительно к тому, чтобы освободиться от пантеры. Какими способами она это делает, ей, в принципе, неважно. Теперь мы знаем, что она не посчитается ни с чем, если ее цель станет досягаемой. Обидно, но… правда.

— Но ты тоже не хотела меняться, — вдруг произнес Оли.

Я как-то немножко растерялась и нахмурилась.

— Что?

Он заглянул мне в глаза снова этим мудрым взглядом.

— Ты не была изначально такой, какая ты сейчас. Ты была более эгоистичной. Тебе было наплевать на меня.

— Ну, не наплевать! — В свою защиту заявила я.

— Ты знаешь, о чем я говорю, — спокойно продолжал Оли.