Книга Заклинательница бурь, страница 191 – Мария Данилова

Сомнения, страх, частичное смирение и борьба в глаза Грэя в ответ. Он понимал…

— Воины света, ты — не самая лучшая подборочка. Если только…

— …если только не главное численное превосходство, — обреченно закончил Грэй и сглотнул. — Я недостоин.

— Ты не готов, — поправила Скарлет. — Но тебе доверили то, чем ты обладаешь, потому что ты можешь достичь вершины. Просто помни об этом, мальчик.

Грэя резануло слово «мальчик», но он смолчал, стерпел, усмирился. Ему не хотелось, чтобы Скарлет была права, а для этого ему требовалось тысячу раз доказать ей это. Но сейчас это было все же не главное.

— Я ведь смогу? — Оправдывая ее обращение к себе, неуверенно уточнил Грэй.

Скарлет ухмыльнулась. Не сказать, что она теперь была более расположена к Грэю, нет, возможно, даже наоборот. Но она сделала то, что сейчас было необходимо — она его поддержала.

— Это неоспоримо, — ответила лишь она.

Это была раздевалка в бассейне. Здесь сейчас никого не было. Двери были открыты, из-за распахнутых окон в зале ветер гулял свободно везде. На скамейке сидела она, причина, по которой, как оказалось, все мы здесь собрались.

Искупительница.

Мелисса Уэйк.

Дьяволица.

Не скажу, что ей здесь что-то надо было. Возможно, она искала здесь тишину. Ее лицо было грустным, она явно была погружена в свои мысли. Впервые я видела ее не уверенной в себе жуткой и неприятной, а совсем уж поникшей и, можно даже сказать, грустной.

Теперь с высоты всего, что я о ней узнала, я относилась к ней по-другому. Нет, это было совсем не так, как с той маленькой девочкой, которую я хотела бы спасти. Я все еще помнила, как Дьяволица чуть не убила Оли, как она гонялась за ним, пытаясь отправить его на тот свет.

Я помню и как она пыталась убить меня.

Но теперь я понимала ее мотивы, что привело ее именно в эту точку реальности. Не скажу, что ее можно оправдать, или простить, просто посочувствовать. По сути, почти всю жизнь она оставалась лишь марионеткой в чужих руках. И к чему это привело? К загубленным жизням.

Думала ли она об этом? Жалела ли она когда-нибудь, что убила Джея? Что в конечном итоге осталась совершенно одна? Чувствовала ли она боль? Это все, что оставалось предполагать, глядя на ее совсем другое теперь лицо.

Киан появился незаметно. Он долго и выверено искал пути сближения, всеми силами пытаясь не привлекать к себе внимания.

Но она знала. Она совершенно точно знала, что он здесь. Хоть он и стоял у нее за спиной, я-то по каким-то причинам видела ее лицо, потому и знала, что в момент, когда Киан набрался смелости ступить в раздевалку, Мелисса лишь прикрыла глаза, как будто он за ее жизнью пришел, и по ее щекам покатились крупные слезы.

Она этого не ожидала, принялась разбираться с последствиями, пытаясь скрыть следы любых эмоций. Она защищалась, теперь я это понимала.

Киана я никогда таким не видела. Он всегда был скалой, нерушимой, цельной, несгибаемой. Но сейчас он казался таким открытым, ранимым, его могло уничтожить всего лишь неосторожно оброненное слово. Но он осмелился, он пошел на огромный риск, ведь намеренно раскрывая душу, ты понимаешь, к чему это может привести.

Заговорить он не решался очень долго, Мелисса же все это время возвращала свое безразличие, холодность, беспощадность. Она возводила бастионы, закрывала все двери, захлопывала окна, сжигала все мосты. Она не хотела чувствовать, так отчаянно отказывалась от всех эмоций. Но так и не смогла их победить. Почему?..