Книга Шата, страница 63 – Ри Гува

Ни разу за все эти дни он не задерживался на одном месте дольше, чем того требовала нужда, но сейчас явно никуда не собирался. Он ждал.

Я что-то упустила. Точнее, чего-то не помнила. Для меня были лишь мы да лес. Для Другого же было что-то еще. И оно одновременно завораживало и настораживало его. Не будь я сама кнарком, предположила бы, что он чего-то остерегался.

Злобный рев рассек воздух – листва едва удержалась на деревьях. Ветер, гуляющий над ущельем, подхватил волчье рычание и разнес во все стороны. На миг показалось, будто даже земля задрожала от страха.

Я сразу нашла его взглядом. Это был тот самый волк. Стоял промеж деревьев, не таясь и не скрываясь. Жадные до крови глаза и словно присыпанная сажей шерсть. Даже при свете дня он выглядел свирепым чудищем. Именно таким детишек пугают в деревнях, чтобы далеко в лес не ходили. Именно такое снится самым впечатлительным малышам в кошмарах.

Только мы с Другим не дети и даже не люди. Будь зверь нормальным, он бы почуял это еще задолго до того, как подойти. Вероятно, волк бешеный или очень старый. Его инстинкты притупились и привели прямо к смерти. Он не понимал, что лучше бежать от кнарков подальше, а не рычать на них.

В висках закололо так, будто голова наполнилась густой горячей кровью и полилась из ушей. Открыв глаза, я оказалась в широком зале некогда великого, но теперь заброшенного замка. Тут уже давно поработали мародеры и не осталось ничего ценного, но меня привела туда не страсть к наживе.

В зале я не одна. В темноте за опаленным гобеленом стоит волк. Тот самый. Я видела этого зверя уже много раз. Я… охочусь за ним. Нет, не за ним. Он лишь… Волк не тот, кто мне нужен. Мне нужен его хозяин, который стоит в разрушенном зале прямо передо мной и говорит, что он никогда не вернется.

А я равнодушно улыбаюсь и отвечаю…

— Я все равно достану тебя, – громко произнес Другой, и я вынырнула из пучины памяти.

В своем воспоминании я сказала то же самое. Кому-то. Я не помнила его. Ни лица, ни кто он такой. Знала лишь, что я очень долго его искала.

— Бегай. Прячься. – Другой продолжал сотрясать воздух, обращаясь к лесу и скалящемуся волку. – Но в итоге ты вернешь…

Не успел Другой договорить, как между деревьев просвистела стрела и вонзилась ему в плечо: четко в прорезь между доспехами. От удара кнарка оттолкнуло прямо к краю ущелья.

И он сорвался бы, если бы не моя рука, крепко схватившая его.

Я сама удивилась тому, что спасла его от падения. Это было человеческое чувство. Инстинкт. Первое, что сработало, невзирая на волю.

Но Другого это озадачило куда больше, чем меня. Его черные глаза сначала расширились от удивления, а потом сузились до размера зернышка.

И он схватил меня за горло. Сжал так сильно, что на миг все потемнело. Но лишь на миг. Крохотный.

А потом я поняла, что мне ничего не стоит выбраться из стальной хватки и отшвырнуть кнарка. Я почувствовала свою настоящую силу и поняла, что гораздо сильнее своего «собрата». И всегда была. Я могла развязать любую драку и победить в ней, когда бы мне только ни вздумалось. Но тогда я этого не знала.

— И это твоя благодарность за спасение, кнарк? – прохрипела я.

— Ты не Шата! – с гневом выдавил он.

— Тут ты прав, – произнесла я, расцепила его лапу на горле и, поймав второй летящий в меня кулак, пнула кнарка в затянутый металлом живот.