Книга Шата, страница 44 – Ри Гува

Кашляя, я закрыла дверь и повернулась к улыбающемуся «ребенку».

— Ты разбудишь? – глупые глаза наивно засверкали.

Я молчала и пыталась продышаться. Вонь жуткая.

— Митра? Разбудишь маму? – не унимался Янни-пом-пом.

Я смотрела на него и чувствовала, как крошечная жалость подкрадывалась к горлу. Его мать давно умерла. Должно быть, она ухаживала за недоразвитым сыном и часто приводила его в порядок: стригла, брила бороду, переодевала… И, судя по отросшим волосам, эта женщина… умерла несколько месяцев назад. А Янни думает, что она спит.

— У тебя есть еще кто-то, кроме нее? Отец? Братья, сестры? Дядя? Кто угодно? – серьезно уточнила я.

— Есть! Собака!

— А кроме собаки?

— Только она убежала…

— Янни? Есть кто-то, кроме убежавшей собаки?

— Мама!

Я втянула ядовитый воздух, теряя терпение, которое и так почти иссякло.

— Кроме собаки и мамы, у тебя еще кто-нибудь есть из родни?

Янни-пом-пом помотал грязной головой. С улыбкой и гордостью. Он гордился своей маленькой семьей. Семьей, которой не стало.

— Янни-пом-пом…

— Да, Митра? – Его глаза сияли чистой радостью.

Сделав паузу, я стала думать, как ему сказать, чтобы он понял.

— Твоя мама не проснется, – начала я, и Янни нахмурился. – Она спит очень глубоко. Видит чудесные сны. Блуждает в них по волшебным местам. Твоей маме там очень хорошо. Лучше, чем здесь. Это я тебе обещаю, Янни. Твоя мама очень счастлива и не хочет, чтобы ты будил ее.

В тишине, возникшей между нами, слышалось мерное гудение мух из соседней комнаты. Я не была уверена, что Янни подхватил такую же заразу, как и его мать. Но даже если я посоветую ему обратиться к лекарю, он вряд ли послушает. Да и лекарь не станет лечить слабоумного толстяка.

Глупые глазки бегали по моему лицу. Янни обдумывал услышанное.

Я начала думать, что он мне не поверил и нужно добавить что-то еще, как толстяк вдруг радостно заулыбался.

— Если мама счастлива, то и я счастлив! – воскликнул он. – Ты уверена, что ей хорошо?

— Абсолютно, – твердо кивнула я.

Янни воодушевился и зашагал вниз.

— Это очень хорошо! Мама счастлива, и я счастлив! Пошли к Аркину, Митра! Аркина попросим, и он все вернет! Он хороший, как и моя мама! А вот воровать нехорошо, Митра! Это очень нехорошо!

— Я с тобой полностью согласна, Янни, – тихо ответила я, кинув последний взгляд на дверь в комнату его матери.

— Янни-пом-пом!

— Янни-пом-пом, да, – исправилась я и направилась вслед за сорокалетним дурачком.

Не у такого места я планировала оказаться, направляясь в логово воров.

Я ожидала увидеть заброшенную лачугу в лесу или неприметный сарай. На крайний случай обычный дом, затерявшийся среди множества таких же. Но Янни-пом-пом привел меня к воротам настоящего дворянского особняка.

Небольшой красный замок (не иначе как бывшая баронская усадьба) стоял посреди Таццена, словно горящий факел. В его окнах игрались тени, а веселая музыка рекой лилась вдоль всей базарной площади. Девичий смех, крики и задорные песни доносились из каждой щели и эхом разносились по улицам.

Несмотря на то, что уже смеркалось, бесконечный праздник внутри замка никак не коробил бредущих мимо горожан. Они были заняты лишь собственными мыслями и не обращали на замок никакого внимания. Рыцари и мудрецы из Харстока делали то же самое. Стало быть, привычное дело, да?