Книга Добежать до выпускного, страница 27 – Салма Кальк

И даже странно, обычно Петровская вовсе не собиралась вникать в обстоятельства людей из группы, строила да и всё. Пропустила – твои проблемы. Где-то это и правильно, конечно, но…

Теперь Дарина ощущала себя должной Вите Петровской. Папа всегда говорит, что маги стоят друг за друга и выполняют обещанное, нормальные маги. Не такие, как Денис.

Конечно, здесь, в Сибирске, тоже сильно не все прямо очень уж заинтересованы в учёбе. Но многие – да. И собираются потом работать по магической специальности. И понимают в законах магического сообщества.

Значит, нужно смотреть по сторонам – вдруг получится отдать долг.

После пар и после отработки у Весниной Вите хотелось лишь одного – упасть и не шевелиться. Нет, сначала можно поесть, а потом упасть.

Егор ждал её в библиотеке, правильно, завтра семинар по общей теории, тема – антимагические заклятья и артефакты. Ещё на прошлой неделе на лекции Дмитрий Иннокентьевич рассказал историю создания и бытования этих неприятных вещей, и принёс антимагические наручники, и на каждого их надели – чтобы все попробовали и осознали степень капеца. А потом уже рассказал теорию – как это работает и почему работает. И задал на дом готовиться по вопросам, чтобы завтра уже они ему рассказывали – какие бывают варианты, кто изобрёл, как использовались и как в современном мире регламентируется использование подобный вещей.

— На, держи, дома почитаешь. Я у бабы Дуси выпросил.

Библиотекаря Евдокию Трофимовну все студенты за глаза звали бабой Дусей. Лет ей стукнуло… много, никто точно не знал, сколько. Бабушка да и бабушка. Невысокая, кругленькая, в цветастом платочке или яркой шали – в любой сезон и в любую погоду, в юбке и кофте.

За не вовремя отданную или, того хуже, испорченную книгу баба Дуся заставляла работать в библиотеке. И никто не смел ей возразить – она могла в полвздоха построить хоть студента, хоть препода, хоть саму директрису. Кажется, нынешняя уже седьмая на её памяти или восьмая, что ли. Директрисы приходят и уходят, их назначает управа. А баба Дуся остаётся.

И Вите, и Егору случалось попадаться бабе Дусе за ненадлежащим, как она считала, обращением с книгами – например, когда ели в столовой и читали, или когда перегибали переплёт сильнее, чем следовало. За такое сначала следовал подзатыльник, потом, если не успел убежать и спрятаться – то тебя ловили за ухо и вели в книгохранилище и назначали полку – перебрать, вытереть пыль, расставить по порядку номеров и ещё бог весть, что, у бабы Дуси в запасе всегда было сто пятьсот занятий для нерадивых студентов. И обоим случалось работать во славу печатного слова и магического знания, так это называла баба Дуся. Но к выпускному курсу оба примелькались, перестали косячить, и баба Дуся тоже смягчилась. Вот, например – разрешила Егору взять книгу, которая обычно выдаётся только в читальный зал!

— Я, конечно, кое-что записал, но ты ж захочешь сама посмотреть, - улыбался Егор. – Сейчас пошли обедать, а потом готовиться. Всё остальное завтра – ерунда в сравнении вот с этим.

Ну да, кроме семинара по общей теории, завтра ещё лекция по менталке, практика по менталке общая и физкультура. В сравнении с антимагическими чарами это ерунда. Поэтому – вперёд, обедать и учить.