Книга Добежать до выпускного, страница 151 – Салма Кальк

Егор внимательно посмотрел на Виту.

— Скажи, всё это… правда было серьёзно? Все эти невероятные тайны? У тебя же никогда не было ничего серьёзнее учёбы, откуда вдруг взялось что-то там ещё? Прости, но я правда не понимаю.

Вита нервно оглядела небольшую палату и навесила на периметр защиту от подслушивания, потому что явно же там где-то Елена Павловна. Попыталась воспроизвести то, что увидела у бабы Дуси, не смогла, просто вложила побольше силы. И обернулась к Егору.

— А вот скажи, что бы ты сделал, если бы тебя вызвали к Зайцевой и показали запись с камеры училища, а на этой записи ты воруешь артефакт из запертого кабинета? – спросила Вита. – При том, что ты совершенно точно этого не делал.

— В смысле воруешь артефакт? – вытаращился Егор.

— В самом прямом. Вчера именно это и произошло – меня вызвала Зайцева и показала такую запись.

— И что это был за артефакт?

— Артефакт массового убеждения, Савельев нам показывал его на паре и мы учились с ним работать.

— А зачем тебе воровать такой артефакт? – Егор не понимал.

— Да уже придумали тут миллион вариантов, зачем. Главный в том, что я на самом деле круглая дура, а оценки мне ставят за красивые глаза, не иначе. А на экзаменах не прокатит, и мне нужен артефакт, чтобы убедить комиссию в том, что я чего-то стою на самом деле.

— Я не понимаю, все же знают, что это не так?

— Это наши знают. А если ещё и их тоже слегка дискредитировать, так, тень бросить? Помнишь тётку из управы, которая приходила на общую теорию? У нас она нахваливала Мирскую и Шустову, что, мол, вот сейчас, девочки, всё получится, хорошие девочки и всё такое. А до всех, кто знает, докапывалась – не только до меня, там и Ольге досталось, и Фёдору, и другим тоже. И если бы не Люся Сергеевна, то никто бы и внимания не обратил. И если бы не Анатольич, который пошёл обсуждать это с новым главой управы. И если бы Звонцова не сорвалась, а продолжала тихонько гадить. Ну, может, и ещё кто там был в сговоре, но не знал всего, а так, по мелочи. Анатольич сказал – если бы не случай, мне реально было бы сложно доказать, что я не при чём.

— А ты, выходит, доказала.

— Доказала. Но не сама, мне помогали и девчонки, и Анатольич, и Савельев, и баба Дуся, и Люся Сергеевна, и даже некроманты мелкие. И ещё один человек… то есть вовсе не человек, без него ничего бы не вышло.

Вита начинает рассказывать – теперь, когда уже у неё есть вся полная картина, это легко. И даже причину, по которой Зайцева сошла с ума и принялась пакостить, Инга сегодня нашептала – оказывается, у неё с сыном те ещё сложности, там всё плохо и хорошо не сделать никак, а ей пообещали, что за деньги помогут.

— Что, ты жила эти две недели дважды? А так вообще бывает? – Егор не верит.

— Если бы сама не столкнулась, не поверила бы, - отвечает Вита.

— А мне ты почему не сказала?

— Я думала поначалу, что всё расскажу. Но как только я соберусь, так сразу же что-то выплывет – то ты скрываешь от меня какие-то вещи по мелочи, то откровенно говоришь не то, что было на самом деле, то тебя бесит мой выигранный конкурс, то ты с Чертковой целуешься в коридоре, - говорит она, и чувствует облегчение от того, что наконец-то смогла всё это сказать. – Понимаешь, я вообще обо всём этом с людьми начала говорить как раз в тот момент, когда ты психанул и ушёл с Чертковой, а я осталась стоять, как дура, в коридоре. И даже ещё не тогда, а попозже, после того, как мы толпой пошли в клуб и там вляпались. Потому что я смотрела на людей вокруг и вообще ничего не понимала. Они все оказались не теми, за кого я их всегда принимала, понимаешь? Кроме Инги, Киры и Ольги. И Анатольича. И Тани моей. Все, и ты в целом тоже. Я вообще как в другом мире жила и с другими людьми училась, дружила, общалась. И встречалась тоже с другим человеком. Которому не завидно, что я выиграла конкурс, который не бегает от меня к другой. И родители которого нормально ко мне относились, между прочим. Ну, это я так думала.