Книга Добежать до выпускного, страница 138 – Салма Кальк

— Зинаида Васильевна, Петровская пришла! – закричала Болонка в приоткрытую дверь кабинета.

— Пусть заходит, - прозвучало оттуда.

Пока всё шло, как и в прошлый раз, и Вита вошла.

— Здравствуйте, Зинаида Васильевна, - сказала она вежливо, хоть сердце и колотилось, но роль нужно было доиграть до конца.

— Дверь закрой, - сказала та с ходу, ни поздороваться, ни ещё что сказать. – Смотрите, Данил Алексеевич, вот она, собственной персоной. Виталия Петровская.

— Родственница певицы, что ли? – раздалось сбоку.

Вита посмотрела – точно, был же ещё какой-то непонятный мужчина, и надо узнать, кто такой и откуда взялся. Вроде бы солидный и немолодой. Не маг. Кто он и зачем тут сейчас находится?

— Да, младшая сестра. Певица-то поёт, ей и дела нет до того, что её сестрица вытворяет, - ответила Зайцева.

— Что вы имеете в виду? – спросила Вита. – Будьте добры пояснить.

— Слышали, да? Будьте добры, значит, пояснить, - фыркнула Зайцева. – Иди сюда и смотри.

Сейчас Вита видела – запись была заготовлена, Зайцева просто включила экран с пульта, и там уже был файл. А Анатольич говорил, что баба Дуся запретила пускать кого бы то ни было в училище до сегодняшнего утра. То есть – у кого-то есть внешний доступ к камерам? Она не сильна в информатике, но понимает, что возможно всё. Или Зайцевой просто с утра уже сбросили субботнюю запись? Но Вита смотрит – интересно же!

Да, субботний вечер, и та самая камера из-под потолка. Вот слышны шаги, и запыхавшаяся Вита поднимается на четвёртый этаж. Достаёт ключ, отпирает лабораторию, забегает на две или три минуты и выбегает с шкатулкой в руках. И исчезает на лестнице, только шаги донеслись.

— Вы ведь понимаете, что этого не может быть? – Вита даже слегка улыбается.

— Отчего это не может быть? – Зайцева спокойна. – Очень даже может. Тот артефакт, что ты вынесла из лаборатории, пригодится вам всем. Потому что вы бездари, и оценки ваши дутые, а экзамен будет принимать комиссия, и тут-то всё и выявится! А ты настолько зазналась, что даже не включила мозги и не подумала, что камеры всё запишут?

— Зинаида Васильевна, вы сейчас это всё мне говорите с открытыми глазами или вас тоже ввели в заблуждение?

Вообще Зайцева маг. И очень интересно, что увидят маги, которые не в курсе ситуации, если им показать эту запись? Увидят ли, что с процессом дело нечисто? Или нужна экспертиза, как говорил тогда Анатольич, техническая и магическая? Грубо говоря, камера записала то, что было, но люди-то действовали под личинами и в невидимости!

— Видите? – Зайцева снова обратилась к неизвестному. – Бессовестная и наглая, вот она какая. Хоть и притворяется белой и пушистой.

— Наверное, для таких студентов предусмотрены меры воздействия? – интересуется неизвестный.

— Именно, - кивает директриса.

— Меры воздействия предусмотрены в тех случаях, когда кто-то явно превышает свои полномочия, - раздаётся из-за спины Виты мягкий голос Анатольича.

И шаги, и много шагов.

Вита оборачивается – и видит, кроме самого лучшего на свете преподавателя, ещё Савельева, бабу Дусю, отца Люси Сергеевны, саму Люсю и ещё каких-то людей. В форме магической полиции и в гражданском.

На лице Болонки ужас, она закрывает рот ладонью. Лилию Семёновну тоже привели, и она белее мела.

— Что происходит? – Зайцева показательно хмурится.