Книга Точное попадание, страница 165 – Юлия Фирсанова

— Так, проводим опознание. Ярина, знаком ли тебе этот человек?

— Фокма! — в удивлении ахнула крестьянка, всплеснув руками.

— Ты знала, что ее пугает человек? — усмехнулся мне Кейр.

— Нет, но решила на всякий случай перестраховаться, — скромно улыбнулась я. — Стало быть, этот твой родственник, Ярина. Очень интересно, какого же рожна он из себя привидение корчит? Уж не для того ли, чтоб ты хутор поскорее продать решилась?

— И на что только люди от жадности не идут! — резюмировал Лакс, малость разочарованный тем, что нежить оказалась самой натуральной «житью», не добавив ни капли к его личному опыту трансцендентального.

— Впрочем, не будем строить бездоказательных версий, давайте у нашего призрака обо всем спросим. Сейчас заклятие сниму, с капканом на ноге он далеко убежать не сможет, пусть дает показания, — решительно объявила я и устранила магические путы.

— Фокма, зачем? — Ярина спросила с жалобной беспомощностью преданного доверия. — Неужто все из-за землицы?

Крякнув, мужик сел, встать с капканом на ноге у него все одно не вышло бы, и глухо пробормотал, глядя в землю:

— Вишь ты, стыдобища какая вышла, а я ведь как лучше хотел. Только поверишь ли?

— Обвиняемый имеет право на оглашение своей версии происходящего, — заверила я его, поскольку крестьянка, кажется, временно потеряла дар речи. — Говори, мы выслушаем, а верить или нет, решим сами.

— Люблю я ее, — совершенно неожиданно признался Фокма, весь как-то сжавшись, что при его габаритах было затруднительно (видно, мальчик хорошо кушал, и не только морковку). — Сызмальства люблю, еще когда ребятенками вместе играли, думал — вырасту, непременно женюсь. А ее родители за Парама отдали, ничего слушать не хотели, потом и меня оженили. Так и жил, как без сердца, из груди вынутого, от ярмарки до ярмарки, где хоть увидеться мог, словечком перемолвиться. Как умерла женка моя, бобылем остался, а потом и Ярина своего мужика схоронила, я и решил, дурень, что еще смогу хоть напоследок счастье свое устроить. Намекал ей чуток, просил ко мне перебраться хоть как к родичу поначалу. Только она никак решиться не могла, вот я и скумекал чуток пугнуть. Пусть не ко мне, так от нежити прочь убраться захочет. А вишь ты, как оно обернулось.

— Н-да, — протянул Кейр, огладив подбородок. Воин был почти шокирован. Он мог ожидать выходок такого рода от сумасбродки-магевы, но не от крестьянина в летах.

— Амо́р, — задумчиво процитировала я, почесав нос, и глянула на Ярину. Несмотря на искусственное освещение, было совершенно очевидно, щеки предмета воздыхания Фокмы заливал совершенно девичий румянец, а глаза посверкивали так, будто крестьянка сбросила годков двадцать. Еще бы, готова поспорить, ничего столь романтичного, как этой ночкой, с ней за всю жизнь ни разу не приключилось. — Ну что, Ярина, тебе как жертве розыгрыша решать, что делать с этим Ромео будешь.

— Ох, Фокма. — Ни малейшего укора в голосе женщины не было, только томное, удивленное довольство. — Да кабы я знала…

— Ну теперь-то знаешь, — пробормотал себе под нос незадачливый влюбленный.

— Знаю, — кокетливо потупилась Ярина.

— Сними с него капкан, — уяснив ситуацию, попросила я Кейра, и воин играючи расщелкнул челюсти монстра, освобождая ногу мужика. — А дальше они сами разберутся, когда свадьбу назначить и кто к кому на хутор переезжать будет. Пошли, парни, им есть о чем наедине поговорить.