Книга Джокеры, или Экспозиция: Родиться надо богиней. Месть богини. Буря приключений, страница 48 – Юлия Фирсанова

Элия с удивлением узнала в малыше детеныша аранийской пантеры – самого благородного и прекрасного зверя опасных джунглей Арана, о приключениях в дебрях которых так любили писать романтики. Девушка мысленно посочувствовала котенку.

Раздраженный сопротивлением зверька матрос разразился новым потоком такой сочной брани, что на мгновение перекрыл буйный гомон порта. Принцесса даже удивилась, как столь тщедушное тело могло произвести так много шума.

— И на кой черт я не утопил тебя, чудовище?! Надо же было Гильву подобрать тебя в каких-то дебрях! Вот и посылай таких ублюдков за водой! Так он еще потом и подставился под стрелу в стычке с пиратами. Пришибу я тебя, мерзавец, ей-ей, пришибу! Ни к чему моему сынку такая тварюга! Еще покалечишь пацана!

Элия мимолетно удивилась тому, что прыщавый мужик оказался не лишен способности к воспроизводству. И задумалась, не пощадили ли пираты «Морскую красавицу» только потому, что разглядели «неземную» красоту Прыща: так сказать, во избежание инфицирования.

Котенок сдавленно мявкнул. По-видимому, звук с точки зрения зверька нужно было квалифицировать как грозное рычание – ответ на гневную тираду горе-хозяина.

— А ведь тебя, гаденыш, и не продашь, небось. Кому понадобится такая упрямая, царапучая и кусачая скотина?! – встряхнув веревку с котенком, зло продолжил матрос, задумавшись над тем, а не удастся ли сплавить кому-нибудь вредную животину.

Зверек махнул лапой, целя в ногу матроса, и, по-видимому, все-таки задел ее – во всяком случае, послышался треск материи. Матрос взвыл и, сквернословя, тряхнул поводок еще сильнее, пережимая котенку горло. На сей раз несчастный зверек отреагировал на брань и физические действия мужика более бурно, но совершенно по-детски – опорожнив взбунтовавшийся желудок прямо на поношенные сапоги матроса. Заревев от возмущения, тот подхватил малыша за шкирку с явным намерением долбануть бедолагу о причал и разом покончить со всеми проблемами.

Пара товарищей садиста, предвкушая развлечение, поддержали его радостными воплями:

— Давай, Курб, шваркни его! Будет знать, как когтями махать!

«Настала пора вмешаться, пока котенка не сгубили или не вмешался кто-нибудь другой, не менее прыткий, чем я, и столь же сведущий в зоологии», – решила девушка.

Элия отлично понимала, что порт океана Миров – лучшее место для шустрых проходимцев всех мастей, знающих цену экзотическим товарам, и только из-за позднего часа у корабля еще не толпится целая свора подобных типов, рассчитывающих прикупить по дешевке какую-нибудь редкость.

— Сколько ты просишь за эту дохлятину? – небрежно бросила принцесса, приближаясь к кораблю и брезгливо указывая на животное пальцем.

Глаза прыщавого матроса разгорелись в радостном предвкушении нежданной поживы. Сказать по правде, он уже давно не рассчитывал, что от жалкого котенка может быть какой-нибудь прок, и до сих пор не выбросил твареныша за борт только из чистого упрямства и опасения стать предметом насмешек и так постоянно потешающихся над ним приятелей.

— Две серебряные короны, сударь! Совсем даром отдаю! – мигом назвал Курб первую пришедшую на ум баснословную цену, с которой собирался начинать торг.

Услышав названную мужчиной цену, принцесса поняла, что тот, несмотря на гордое дворянское имя Курбадис, не имеет ни малейшего понятия о том, что за животное попало ему в руки.