Книга Джокеры, или Экспозиция: Родиться надо богиней. Месть богини. Буря приключений, страница 424 – Юлия Фирсанова

Бросив взгляд в окно, прикрытое легким нежно-голубым тюлем, Элия с безнадежной ясностью поняла: и сегодня, точно так же как вчера, и позавчера, и неделю назад, неумолимое светило с прежним энтузиазмом вершит ежедневный труд прожаривания столицы. Богиня поморщилась и почти собралась связаться с братом, дабы молить его о временном приюте. Энтиор редко отказывал своей единственной сестре.

Но тут осторожный стук в дверь возвестил о приходе пажа.

Паренек поклонился, тряхнув густыми, ровными, словно завитыми иссиня-черными кудрями, и, потупив фиолетовые глаза, чтобы не оскорбить богиню случайным нескромным взглядом, доложил:

— Принц Рикардо желает вашему высочеству прекрасного дня и покорнейше просит аудиенции!

Принцесса уныло поразмыслила над благопристойной, а оттого вдвойне непереносимой для богини любви, обожавшей провокации, необходимостью встать и одеться во что-нибудь подобающее титулу. Но в конце концов решила, что жара – неплохой повод «забыть» о правилах приличия и этикете.

Богиня беспечно махнула рукой на условности и небрежно приказала:

— Пусть войдет.

Ревниво насупившись – разве подобает прекрасной повелительнице принимать его высочество в постели? – мальчик аккуратно притворил дверь и отправился выполнять повеление хозяйки.

Спустя пару секунд в комнату ворвался ослепительно-рыжий вихрь, окруженный заклятием «Шатер свежести», дарующим ощущение прохлады даже в самую лютую жару.

— Прекрасное утро или прекрасный день, дорогая, – как будет тебе угодно! – радостно возвестил худощавый востроносый мужчина, ухватив из стоящей на маленьком столике вазы огромную гроздь прозрачного солнечного винограда без косточек.

Словно не заметив кресла, Рик с размаху плюхнулся на край кровати в ногах принцессы. Элия мимолетно порадовалась тому, что успела отослать поднос на кухню, а не то он бы неизбежно перевернулся, не снеся энергичных действий не массивного, но удивительно стремительного принца. И плавать бы богам в ярко-голубом соке вперемешку с фруктами. Впрочем, шутнику-братцу такая выходка наверняка пришлась бы по нраву, еще и облизать-почистить сестру небось предложил бы.

Шальные зеленые глаза рыжеволосого Рика тут же заскользили по дивным очертаниям женского тела, полускрытого пеньюаром. Наслаждаясь этим дивным зрелищем, мужчина механически бросал в рот и давил языком сочные, освежающие крупные виноградины.

— Прекрасное утро! Что принес на хвосте, рыжий лис? – приветливо улыбнулась Элия, ожидая услышать подборку свежих сплетен, без которых бог информации, магии и торговли в одном пронырливом лице никогда не являлся в гости.

— О, много любопытного! Вот тебе первая потрясающая новость: непобедимый Нрэн, как всегда без единой царапины, вернулся из похода на Санирсию этой ночью. И НЕ ОДИН! – пропечатал крупными буквами последнее предложение сплетник, привлекая повышенное внимание богини. – На кузене-воителе висела роскошная, обвешанная дорогими камешками красотка. – Свободной от винограда рукой принц нарисовал в воздухе контуры тела предполагаемой пассии бога войны. – Она не сводила с нашего дуболома влюбленных глаз и, – тон Рика сделался самую чуточку виноватым, – явно грезила только о том, чтобы поскорее отправиться с ним в постельку.

Принц говорил, а его хитрющие глаза исподволь пристально изучали сестру, пытаясь уловить малейший проблеск скрытой досады или ревности. Ведь вся семья, да что там семья – весь Лоуленд (столица точно, а там, может, и весь мир) знал, что Нрэн с ума по Элии сходит, и тут вдруг такое выкинул! Вот уж недаром говорят, что в котелке у воителей странное варево кипит, его и сам великий Творец не расхлебает! Рик заложил бы свой нос, чтобы узнать настоящее отношение богини к доставленной вести, но даже его божественного сверхъестественного чутья бога сплетен было недостаточно, чтобы уловить истинное отношение сестры к вопросу, прямо касающемуся ее дара.