Книга Старый рудник для брошенной жены, страница 39 – Алена Ягинская

Но потом вспомнила, что это не только мое желание было, меня вообще-то из дома выставили и сюда в ссылку отправили.

Вроде как я сама каторжанка. С личной гвардией, ага. По-любому казнят, как узнают.

Но слова свои назад я брать не привыкла, так что беру эльфенка-полукровку, его мать, отряд элитных бойцов и… А дальше все будет зависеть оттого, что я увижу на месте.

Еще день ушел на то, чтобы Грегор и Теодор провели отбор среди желающих вступить в мою личную гвардию и набрали отряд. Желающих было много и это стало понятно, когда я посмотрела доходные книги старосты. Заняться в поселке было нечем. Раньше основной статьей дохода было сопровождение грузов, приходящих с севера Ирбира, Таригора и эльфийских земель и идущих дальше через всю Трассерию. Потом ситуация изменилась, люди остались без работы и начали совершать вылазки на мои рудники. Так и появились тропы через горы.

— Ну и как там дела? — спросила я старосту, делая себе пометки на карте. Допрыгаются, точно заставлю туннель прорубать.

— Плохо, госпожа. Люди от безделья маются: пьют, дерутся, хулиганят. Воруют, — докладывал мужчина.

— Там есть что воровать?

— Ну так что плохо лежит, то и тащат.

Однако. Хотя чего еще ожидать-то от каторжан? Интересно, а на что супруг Саши рассчитывал, когда жену свою сюда отправлял? Что ей ковровую дорожку постелят и хлебом-солью встретят?

— Что по продовольствию? — вернулась я к насущному.

— Относительно, госпожа. Милорд Рейвенкрофт поставки вел, но последнее время очень уж скудно обозы приходили. Сам не видел, местные так говорили, — староста отвечал на вопросы, но меня не покидало ощущение, что он что-то не договаривает.

— И что тогда вы там хотели найти?

— Мы не грабить, не думайте. Нужное что выменять хотели или камешками для артефактов разжиться, да только нет их там больше. Кроме горькой соли ничего нет, а ее куда, даже в пищу не годится, тьфу, гадость какая.

— Горькая соль? — заинтересовалась я.

— Ну да, госпожа. Сейчас покажу.

Староста вышел и принес из чулана бочонок красно-розового минерала с синими и серыми прожилками.

Попробовала, послюнявив палец и макнув его в соль. И правда горькая.

— А чего делаете с ней? — спросила.

— Так шкуры обрабатывать, да и бабы иногда для своих нужд берут. Раз принесли, не пропадать же, — сказал староста.

То есть соль. И что с ней делать? Ладно бы самоцветы или руда, их всегда сбыть можно. Но соль, да еще и горькая? Калийная, что ли?

Память заворочалась, возвращая меня в бытность Шуркой-крановщицей. Что-то я знала про калийные соли — то ли в баню они годятся, то ли удобрения из них делают.

— С бабами вашими поговорить хочу, что они с этим делают, — сказала я.

Староста недовольно заворчал, но жену с товарками позвал.

Деревенские бабоньки поведали, что таки да, делают из розовой соли подкормку для растений. Для этого крупные куски измельчают, заливают кипятком с солью, растворяют, а потом раствор охлаждают. А когда осадок выпадет, то его сушат и некоторые культуры подкармливают.

Почему именно так?

Ну так когда эльфы тут еще бывали, то они и надоумили, что можно из природы разные вещества брать и растения ими подкармливать. Ну и объяснили, что да как. Вот они с тех пор местные бабоньки и пробуют разное, а как горькую соль привезли, так с ней эксперименты начали. Ну и заметили, что некоторым растениям нравится такая добавка. Эльфы плохого не посоветуют, они же лучше всех в растениях разбираются.