Книга Хозяйка старой лавки. Новая жизнь после развода!, страница 62 – Анастасия Пенкина

Виктор заходил почти каждый день, обычно утром, когда я только открывалась и выкладывала на прилавок свежий хлеб.

Чай и теплые круассаны в пустой лавке в утренних сумерках стали нашим ритуалом. Мы разговаривали о разном во время этих недолгих встреч. О делах в Академии, о городских новостях, о моих планах на лавку. Ничего особенного. Но в его взгляде, в легких, случайных прикосновениях к моей руке, когда я передавала ему чашку, чувствовалось как неспешно мы сближались. Виктор давал мне время привыкнуть к нему. И я чувствовала, что он не намерен отступать.

И вот в одну из таких утренних встреч я налила ему чай, сказала, что нужно проверить булочки в печи, и вышла в коридор, ведущий на кухню. Шорох шагов за спиной я услышала сразу, но не обернулась. Я знала, что это он.

В полумраке узкого коридора его рука мягко, но неотвратимо обхватила мою талию и развернула меня к себе. Моя спина уперлась в прохладную стену. И прежде чем я успела что-то сказать, его губы нашли мои.

Это был первый поцелуй с той ночи после бала, и честно говоря, я ждала этого момента внутренне сгорая от предвкушения.

Этот поцелуй оказался другим. В нем не было ни капли прежней сдержанности. Глубокий, требовательный, полным нетерпения, которое Виктор так долго сдерживал. Я вспомнила его слова: «Мое терпение не безгранично». Похоже, лимит подходил к концу.

И черт возьми, мне это нравилось. Я слишком много лет была «почти прислугой», заслуживая и ожидая внимания супруга как благодарности и милости. И это было не сравнить с тем, каково быть желанной для такого мужчины… Это кружило голову.

Мои руки сами собой обвились вокруг его шеи, я ответила на поцелуй, позволив его большим, теплым ладоням скользить по моей спине, талии, задерживаясь на бедрах и чуть ниже, обещая и дразня. Это было опасно, возбуждающе и невероятно приятно.

Виктор оторвался от моих губ, мы тяжело дышали. Его лоб уперся в мой.

— Мы должны увидеться вне этих стен, — выдохнул он низким хрипловатым голосом. — Я устал ждать и притворяться обычным покупателем, Алисия.

— Я понимаю, — выдохнула я, чувствуя как подкашиваются ноги и кружится голова. А Виктор умел выбрать момент, чтобы склонить женщину на свою сторону.

— Я покажу тебе кое-что. Не волнуйся, никто не увидит. Сегодня поздно вечером…

— Хорошо, — меня не пришлось долго уговаривать.

Мое сердце уже колотилось, ожидая этой встречи.

Настоящее свидание.

И в этот самый момент в конце коридора мелькнула тень и послышались легкие шаги. Мы резко отпрянули друг от друга, как провинившиеся школьники. Из тени вышла Бель, делая вид, что просто направляется на кухню. Но по ее раскрасневшимся щекам и слишком пристальному взгляду, устремленному куда-то в сторону, стало ясно — она видела больше, чем хотела показать.

— Мама, там из бакалейщик привез муку, — сказала она нарочито спокойно, глядя на стену рядом с нами. — Куда ставить?

— Я… я сейчас, — проговорила я, чувствуя, как жар стыда заливает лицо. — Лорд Кроу как раз уходит.

Виктор, к его чести, сохранил полное самообладание. Он лишь кивнул Бель, как ни в чем не бывало, и прошел обратно в лавку. Через минуту дверь за ним тихо закрылась.

Весь день прошел в странном напряжении и плохо скрываемом смущении. Я избегала смотреть Бель в глаза, а она делала вид, что увлечена работой. О утреннем «инциденте» не было сказано ни слова. Но осадок остался.