Книга Хозяйка старой лавки. Новая жизнь после развода!, страница 57 – Анастасия Пенкина

Но запретить себе улыбаться я не могла. Потому что впервые за очень, очень долгое время утро начиналось так приятно. Не с мыслями о том, как выжить, как растянуть деньги, как противостоять сплетням. Оно начиналось с тихой, моей личной радости, которая грела изнутри.

Я потянулась и вспомнила, как Виктор уходил. Уже глубокой ночью, когда круассаны в печи стали золотистыми. Он не спешил. Мы пили чай, говорили о чем-то неважном, оба понимая, что между нами что-то навсегда изменилось. Когда Виктор наконец поднялся, мы оба не хотели, чтобы этот момент заканчивался.

— Я зайду завтра, — сказал он у двери.

— Хорошо, — ответила я.

И вот это «завтра» уже наступило.

Я встала и подошла к зеркалу. Лицо было слегка одутловатым от недолгого сна, волосы растрепанными. Но глаза… В глазах не было привычной усталой пустоты или напряжения. В них был блеск, который я давно не видела. Я смотрела на свое отражение и, наконец, верила, что Виктор видит во мне женщину. Не мать Бель, не бывшую жену Сайруса Ардена. Просто женщину. И, черт возьми, кажется, я наконец начинала чувствовать себя ею.

Той женщиной, которой я была где-то глубоко внутри все эти годы, спрятанной под толстым слоем долга и разочарования.

С этой мыслью я принялась собираться. Сегодня был обычный день. Открытие лавка, выпечка, покупатели. Но все было каким-то иным. Я ждала визита Виктора, и это ожидание было не тревожным, а приятным, щекочущим нервы. Как будто в мой обычный график вписался маленький, но очень важный праздник.

Спустившись в лавку, я принялась за привычные утренние дела. Растопила печь, поставила свежую партию хлеба. Но сегодня все было по-другому. Даже воздух в лавке казался чище.

Я выставляла выпечку на прилавок, но мысли мои были где-то далеко.

А потом началось необычное.

Дверь открылась, и одной из первых покупателей была не студентка, а женщина лет сорока в простом, но аккуратном теплом пальто и шерстяном платке. Наверное чья-та служанка. Она вежливо кивнула.

— Доброе утро. Мне поручили купить ваш фирменный хлеб с тмином, — объяснила она. — Говорят, он у вас отменный.

Я завернула буханку, взяла деньги. Женщина поблагодарила и ушла. Вслед за ней пришла девушка и купила круассаны. Потом зашла пожилая дама, которая заинтересовалась ржаным хлебом и расспрашивала о его кислинке.

Главное, что изменилось, отношение. Оно стало иным. То любопытное, слегка брезгливое внимание, что было раньше, сменилось на уважительный интерес. Ко мне обращались как к «леди Арден», которая занималась полезным для города делом.

Виктор обозначил на приеме мой “статус” уважаемой жительницы города, дал понять, что ко мне можно относится только так, как это делала он. И город принял это. По крайней мере начал. Защита и покровительство, которые предложил Виктор, оправдали себя.

С каждым визитом очередного покупателя, с каждой вежливой фразой Я чувствовала как страх и неуверенность, что гнездились где-то глубоко, отступали, уступая место спокойствию и уверенности. Я стояла за своим прилавком настоящей хозяйка этой старой лавки. Это место было моим. И люди это признавали.

Я мысленно поблагодарила Виктора. Он не только помог мне зарабатывать на жизнь честным трудом, убрав с пути препятствие в виде закостенелости и предубеждений горожан. Но и за то, что он вернул мне чувство собственного достоинства. Ту самую почву, которую у меня так грубо выбил из-под ног собственный муж. Теперь я снова твердо стояла на ногах. И это было прекрасное чувство.