Книга Злодейка против попаданки, страница 78 – Екатерина Вострова

— А сколько начальная ставка? Наследница семьи Фокс тоже будет? Я слышал семья подыскивает ей партию…

Толпа, которая только что собиралась разойтись, замерла на месте. Интерес вспыхнул в десятках глаз. Дэниэл Дарвиль приподнял бровь, его взгляд скользнул находящимся в толпе вместе с гостями студентам с холодным любопытством.

Ректор воспрянул духом, увидев реакцию:

— Прекрасно! Мы начнём аукцион сразу после возвращения в зал! Прошу всех следовать за мной!

Женщина в изумрудном платье — та самая, что возмущалась громче всех — недовольно фыркнула, но развернулась к лестнице:

— Ну что ж, раз опасности нет… Надеюсь, шампанское ещё не закончилось.

Это словно дало сигнал остальным, толпа начала возвращаться.

А вот я замерла на месте, стараясь сохранить невозмутимое выражение лица, но внутри кипела ярость. Сначала меня обвинили в попытке убийства, а теперь выставили на продажу.

Идеальный гребаный вечер!

Крис

Когда Эвелин заговорила о «халатности академии», я едва сдержал усмешку. Гениально. Она не стала оправдываться — это было бы слабостью, не стала нападать на Лили — слишком очевидно. Вместо этого она просто перевела стрелки на академию, и толпа клюнула.

Богатым людям плевать на студенческие разборки, это для них как телешоу, интересно посмотреть, но не более. Но их собственная безопасность? Халатность, которая могла угрожать им лично? Это другое дело.

Я видел, как меняются лица в толпе. Обвинения Лили тонули в общем шуме, её никто больше не слушал.

Когда Лили попыталась вклиниться снова, я не дал ей шанса.

— Подтверждаю, — громко сказал я, перебивая её на полуслове. — Эвелин действительно говорила мне о странных звуках отсюда. Я подумал, что это кондиционер барахлит, но она настояла, чтобы сообщить персоналу.

Ложь слетела с языка легко, естественно, без запинки. Возможно, потому что часть её была правдой. Мы ведь действительно обсуждали кое-что в туалете. Правда, не проводку. Да и этаж был другим. А уж звуки, что мы издавали, точно не имели отношения к неисправному оборудованию. Но это знали только мы двое.

Я поймал взгляд Эвелин. На долю секунды в её глазах мелькнуло удивление, затем подозрение, а потом что-то ещё. Благодарность? Нет, Эвелин Вейл не умеет быть благодарной. Но вопрос в её взгляде читался чётко: «Зачем ты это сделал?»

Хороший вопрос. Я сам не был до конца уверен в ответе. Но я точно знал, что случить такая ситуация снова: сделал бы все так снова. Не потому, что безоговорочной ей верил, на самом деле мне было плевать: запирала она Лили или нет.

Просто, когда я увидел, как на неё нападают, что-то внутри взбунтовалось. Только я имею право причинить ей боль. Потому что я заслужил это право четырьмя годами унижений.

А потом ректор объявил об аукционе. Студенты на продажу? Деловые ужины с победителями торгов?

«Кто-то купит ужин с Эвелин?»

Мысль вонзилась в висок ледяной иглой, я почувствовал, как напряглись мышцы челюсти. Кто-то другой сядет напротив неё за столом, будет смотреть на неё, слушать её голос, видеть её улыбку. Возможно, даже прикоснётся к её руке, передавая бокал.

Я окинул взглядом толпу гостей вокруг. Мужчины в дорогих костюмах, с золотыми запонками и часами стоимостью с месячный оборот моей фирмы по кибербезопасности, уже обсуждали что-то между собой, переглядывались, явно оценивая участников будущего аукциона. Оценивали в том числе её. Мою Эвелин.