Книга Единственная повелителя орков, страница 40 – Елена Сергеева, Таша Тонева

Пальцы сами тянутся потрогать, чтобы соединить сон и явь. Во сне я видела его великолепное тело совсем обнажённым. Гладила его узкими ладонями, дивясь и обмирая от восторга, что он такой большой и сильный, так бережно и нежно умеет любить. Как он умело и плавно подводил меня к первому пику. Как терпеливо пережидал его завершение, чтобы потом снова вознести на вершину.

Сколько было той ночью таких взлётов? Мой сон был долгим и жарким…

— Меора? — слышу его удивлённый хриплый голос, когда ласково провожу подушечками пальцев по его шраму на плече. Края сильно разошлись, никто не зашил, поэтому шрам такой широкий получился.

Поднимаю глаза. Мне так много всего хочется ему сказать, но слова застревают в горле. Поэтому я просто смотрю. Смотрю так, чтобы он понял… чтобы увидел все мои чувства, которые я сейчас обнажила перед ним.

— Что, любовь моя? Ты ещё что-то вспомнила? — его взгляд теплеет.

Он ловит мои пальцы своим большим кулаком и зажимает в нём.

— Что ты видела?

— Тебя, — тихо отвечаю я. — Нашу первую ночь. Скажи, ты знал уже тогда, что ты мой истинный? Ты так уверенно это сказал.

— Не знал… — тяжело отвечает Тааган, поднося мою кисть к своим губам. — Но мне вдруг захотелось, чтобы так оказалось. Не знаю почему. Посмотрел на тебя такую испуганную, растерянную. Я был моложе и беспечнее, а ты так соблазнительно хлопала своими невинными большими глазами и дёргала кончиками ушей…

Я рвано выдыхаю. Никак не привыкну, что раньше у меня было другое тело, что оно так откровенно и охотно отвечало на все мужские ласки.

Если я была эльфийкой, то куда делась душа, что находилась в моём человеческом теле раньше?

И что произошло с той девочкой в лесу перед тем, как меня нашла Руцина? И что произошло с той невинной молоденькой эльфийкой, что встретила могучего орка в ночь зелёной луны?

Сплошные загадки… и тайны.

Тааган читает в моём взгляде эти мысли и снова мрачнеет.

— Тебя пугает это? — прямо спрашивает он.

— Нет, но всё так странно, — после недолгих раздумий отвечаю я. — Мне пока наоборот непривычно вспоминать себя в другом теле… Я привыкла к этому. Зато всё это теперь объясняет, откуда я знаю столько про травы и снадобья. Это ведь знания из прошлой жизни? Верно?

Тааган медленно кивает.

— Не пытайся сейчас вспомнить всё и сразу, — разворачивает мою ладонь внутренней стороной к себе и целует в самую середину. — Я рад, что твоя память начала просыпаться. Ты всё вспомнишь со временем. Сейчас же нужно позаботиться о другом.

Он снова заостряет взгляд на моей пострадавшей щеке. Сжимает челюсти чуть ли не до скрежета.

— У меня есть мазь, но не уверен, что она тебе подойдёт. Мы используем её, чтобы остановить кровь, когда нет времени штопать все царапины и неглубокие раны. Она сильно жжёт.

Он поднимается быстрым гибким движением и отходит к седлу и поклаже, что сложил чуть в стороне. Седло и сбруя моего Тумана остались в сарайчике, что примыкал к дому.

Только сейчас вспомнила про них. Он тоже сгорел, скорее всего, если местные не успели растащить.

Вся вчерашняя ночь теперь чем-то нереальным кажется. Словно это не со мной было. Словно я очень долго спала и мне снились кошмары, а потом пришёл Тааган и разбудил меня.

Повелитель подходит ко мне со свёртком в руках и опускается на корточки. Взгляд его ощупывает меня с головы до ног, выискивая ещё повреждения, а потом снова возвращается к моему лицу. Щеку покалывает, когда он смотрит на неё.