Книга Тени Нового Орлеана. Сердце болот, страница 46 – Лера Виннер

— Спасибо, Герда.

________________________________________

* Блядь (фр*)

Герда спешила. Она отчаянно торопилась, до холодеющих рук боялась не успеть и знала, что уже безнадежно опаздывает.

Сначала ей пришлось добраться до машины — в такси она не видела никакого смысла, — а после нестись по плохо знакомым дорогам, то и дело сверяясь с навигатором и опасаясь в кого-нибудь врезаться.

Болота встретили ее густой непроглядной темнотой, в которой не было видно даже собственных пальцев, и Герда тихо выругалась вслух, бегом устремляясь к лесу.

По пути она все же обернулась на свой потрепанный пикап, постаралась как можно лучше запомнить место, на котором его оставляла. Плотность воздуха и концентрация энергии в нем недвусмысленно намекали на то, что выбраться отсюда будет достаточно затруднительно, и уповать оставалось только на собственные таланты и феноменальное везение.

Лес оказался в беспорядке. Преодолев невидимую, но обозначенную границу, Герда все же была вынуждена остановиться, осматриваясь вокруг и собираясь с духом.

Роланд был где-то там, за стеной из деревьев и густой, одуряюще пахнущей зеленью и гнилью, листвы, но ее присутствия он не чувствовал.

Там, где недавно пролегала всего одна тропинка, с которой требовалось свернуть в непролазную чащу, чтобы добраться до поляны, где Смотрящий содержал своих подследственных, теперь их стало как минимум десять.

Узкие и зыбкие дороги извивались, меняли на глазах форму и направление, то становясь абсолютно идентичными, то совершенно разными.

Пытаться рассеять этот морок усилием над собой не было смысла, закрывать глаза было опасно, и Герда просто задержала дыхание. Осторожно, пока только пробуя, коснулась своим сознанием болот в попытке отыскать настоящую.

Было трудно. Она увязала в нематериальных топях, захлебывалась и, выныривая обратно, едва успевала подавить злость.

Треугольник, вытатуированный на ее правой руке, начал зудеть, кожа сделалась горячей, и Герда бросила на него взгляд, словно спрашивая совета.

Ей настоятельно рекомендовали успокоиться и сосредоточиться именно на этом чувстве — на злости.

Чем бы оно ни было, оно не смело.

Медленно, не отключаясь от реальности полностью, но погружаясь в болота глубже, она все же закрыла глаза, на этот раз не спрашивая позволения, а врезаясь в пространство, входя в него плавно и неотвратимо.

Роланд был внутри. Метался в бесконечных лабиринтах, злясь, негодуя, пытаясь применить свои вампирские способности для того, чтобы отыскать наконец путь к поляне.

У него не получилось.

Он не справлялся с тем, во что превратились всегда дружелюбные к нему болота, а деревня горела. На огромном расстоянии Герда чувствовала запах дыма, видела, как Люсиль сбивает пламя с одежды Энди.

Даже не деревня, нет. Несколько домиков, построенных в очередной раз, когда глупые люди вздумали осушить Манчак, но быстро заброшенные. Приведённые в порядок по воле и силами Смотрящего, когда понадобились в качестве тюрьмы и убежища…

Они не могли пересечь защитный круг. Воли Роланда не хватало на то, чтобы дать на это разрешение, находясь там, где он был… Посреди нигде.

В своем собственном, искусственно созданном для него кем-то лабиринте он мог бегать еще несколько сотен лет, пропав без вести и без надежды быть найденным.