Книга Пленница ледяного замка, страница 80 – Veronika Moon

— Уходи, Аделаида, — сказал он, глядя в стену. — Пока я ещё могу тебя отпустить.

На этот раз она послушалась. Она вышла из подвала, оставив его одного с призраками его прошлого.

На следующее утро Аделаида проснулась с ощущением, будто провела ночь на лезвии ножа. Её разрыв между ясным пониманием своей новой, пугающей силы над Итаном и жгучим стыдом перед Лиамом. Она спустилась в столовую, чувствуя себя одновременно уязвимой и опасной, словно шла по тонкому льду над бездной.

Итан уже сидел за столом. Он не смотрел на неё, его внимание было приковано к письму в его руке. Но напряжение, исходящее от него, было почти осязаемым. Холод в зале чувствовался слабее — будто буря внутри него немного утихла, сменившись тревожным, выжидающим затишьем.

Лиам вошёл следом. Его лицо было бледным и подтянутым, глаза избегали встречи с её взглядом. Он молча занял своё место, и завтрак начался в гробовой тишине, нарушаемой лишь звоном приборов. Это молчание было хуже любой ссоры. Оно было тяжёлым, насыщенным всем невысказанным — её признанием в зеркальном зале, его болью, их разбитой дружбой.

Итан отложил письмо. Его голос, ровный и безразличный, разрезал тишину как лезвие.

— Де Валлор. Отчёты по восточным рубежам. Я не получил их вчера.

Лиам медленно поднял на него взгляд. В его глазах не было ни страха, ни подобострастия, лишь ненависть.

— Были более насущные дела, — ответил он, и его голос был нарочито спокоен. — Обеспечение безопасности замка, например. Наши «тренировки», как я заметил, становятся всё более… интенсивными. Потребовалось проверить, не пострадала ли структурная целостность стен в западном крыле.

Намёк был прозрачным и смертельно опасным. Аделаида почувствовала, как по спине пробежали мурашки. Итан откинулся на спинку стула. Уголок его губ дрогнул в знакомой, язвительной улыбке, но в его глазах не было веселья.

— Тронут твоей заботой о моём имуществе, — произнёс он. — Но не трать силы. Мои стены выдержали бури и посильнее. И уж точно переживут истерику одной девочки.

Слова были обращены к Лиаму, но удар был нанесён ей. Умышленно и безжалостно. Он снова отстранялся, возводя ледяную стену, пытаясь оттолкнуть её после вчерашней близости. Лиам вскипел. Он резко встал, его стул с грохотом отъехал назад.

— Её имя — Аделаида! — его голос гремел под сводами зала, срываясь на крик. — И она не истерит! Она пытается выжить в этом сумасшедшем доме, с тобой, с твоими играми! Ты ломаешь её, и ты наслаждаешься этим!

Итан тоже медленно поднялся. Он не повышал голос.

— Осторожнее, мальчик, — прошипел он. — Ты забываешь своё место. И её место. Она моя жена. Моя собственность. И я волен делать с ней всё, что захочу. Ломать. Учиться. Или… — его взгляд скользнул по Аделаиде, — …играть, пока не надоест.

Это была ложь. Она видела это. Он пытался спровоцировать Лиама, спрятаться за маской чудовища, потому что то, что произошло между ними вчера, испугало его больше любой битвы. Но Лиам не видел подтекста. Он видел только боль женщины, которую любил, и жестокость мужчины, который ею обладал.

— Я убью тебя за это, — прошептал Лиам, и в его голосе не было ни капли бравады. Была лишь ледяная, смертельная уверенность. — Клянусь всем святым, я найду способ.

Итан замер, и Аделаида увидела, как по его пальцам пробежали крошечные искры синего света. Он был на грани. Ещё одно слово, и всё могло обернуться кровавой бойней.