Книга Любовь всей моей смерти. Том 1, страница 132 – Дэпаранг [Daeparang]

— Ладно, это твой выбор. Как бы то ни было, ты совершенно точно сейчас спишь.

Нет, все-таки он ее раскусил. Несмотря на смысл сказанных им слов, в интонации мужчины слышались угрожающие нотки, будто на самом деле он хотел сказать: «Пусть ты все-таки и не спишь, но лучше тебе не открывать глаза». Действия Чжиху были не просто подозрительными. Они серьезно настораживали. К этому моменту и самой Шихён уже стало трудно все это выносить. В тот момент, когда девушка уже собиралась признаться ему в том, что на самом деле не спит, она почувствовала прикосновение.

Чмок.

Ощутив прикосновение его губ к своему лбу, Шихён снова крепко зажмурила глаза. Забавно, но этот легкий шутливый жест симпатии напрочь лишил ее способности двигаться. Шихён замерла, не имея никакой возможности пошевелиться.

— Я не извращенец и не трогаю спящих людей. Поэтому на сегодня я от тебя отстану, — многозначительно произнес Чжиху.

Затем мужчина прижал Шихён к своей груди. Девушка чуть было не взорвалась. Если это называется не трогать, то что вообще тогда значит трогать?

Когда голова Шихён уткнулась в грудь Чжиху, скрывая ее лицо из его поля зрения, она широко распахнула глаза, словно слепой Сим после того, как пожертвовал триста мешков риса²².

Шихён поерзала, попытавшись высвободиться из объятий мужчины, но Чжиху рукой преградил ей путь к отступлению. Вместо того чтобы дать ей отодвинуться, он чуть напряг руку и только сильнее прижал девушку к себе. Шихён оказалась в плену его объятий, не в силах пошевелиться. Она была похожа на рыбу, которая попала в сети и не могла выплыть из ловушки.

— Какая ты вредная, — вяло произнес Чжиху сонным голосом.

Даже в такой ситуации его тон показался ей довольно соблазнительным. Осознав, насколько просто ее задобрить, Шихён твердо решила, что это нужно прекращать.

Ее сердце билось в несколько раз быстрее, чем раньше, и было готово с минуты на минуту вырваться из груди. Она не то что не чувствовала усталости, ее сознание с каждой секундой становилось все яснее. В отличие от Шихён, которая была на грани окончательного пробуждения, Чжиху, наоборот, постепенно успокоился. Чем больше проходило времени, тем меньше он ворочался и тем спокойнее становилось его дыхание. Только когда Шихён почувствовала, как держащая ее рука ослабла, она поняла, что он уснул.

Наконец девушка смогла полностью раскрыть глаза. Сразу же после этого она подняла голову, чтобы посмотреть в лицо Чжиху, но оно по-прежнему было скрыто от нее плечом и грудью мужчины, так что увидеть ей так ничего и не удалось. Осознав, что не видит ничего, кроме ничем не прикрытой кожи мужчины, Шихён покраснела.

Девушка почувствовала, как по телу разливается жар, а по спине снова начинает ползти струйка холодного пота.

«Если так пойдет и дальше, мое сердце разорвется на куски, и я так и не смогу дожить отведенное мне время».

Конечно, на самом деле Шихён и так уже умерла, не успев прожить столько, сколько ей было отведено, но в любом случае, если бы ей нужно было выразить свои чувства словами, она выбрала бы именно это выражение. В конце концов, она же находится в объятиях Чжиху.

Девушка слегка поерзала, чтобы во второй раз попытаться сбежать из его объятий. На этот раз, судя по всему, Чжиху действительно отправился в страну грез, поскольку рука, прижимавшая девушку, понемногу соскальзывала от ее движений. Не упустив подходящий момент, Шихён сбежала с кровати обратно на пол.