Книга Только попробуй влюбиться!, страница 101 – Аксинья Карпова

— Я не понимаю, при чём тут театр?

— Нужно было найти людей для голосования, а у неё… у неё была аудитория. И мы договорились, что я… влюблю тебя в себя. Как бредово это звучит теперь, – я закрыла лицо руками.

— В обмен на голоса незнакомых людей?

— Театр надо было спасать!

— И ты решила… С чего ты вообще решила, что я в тебя влюблюсь?

— Я не думала, что это получится, – призналась я.

— Но получилось, – с явным сожалением произнёс Любимов, – получилось…

— Прости меня, – я посмотрела на парня, – прости… Я…

— Ты наверняка сейчас думаешь о том, что я уйду, и тогда плакал ваш спектакль, да? – горько усмехнулся Любимов. – Поэтому и устраиваешь тут спектакль? А ты хорошая актриса, тебе явно нужно было поступать в театральный.

— Нет, я… Я больше не обманываю тебя, – сказала я, понимая, что вряд ли Егор теперь поверит мне. – Конечно, я волнуюсь касаемо премьеры, конкурса и всего остального, но… Это сейчас не главное.

— Да не переживай ты так. Я не собираюсь обижаться и убегать, бросая всех, – поморщился парень, – спектакль мы отыграем.

— А потом?..

— А потом я уйду. У меня и своя жизнь есть.

— Футбол?

— Футбол, – кивнул Любимов, – кстати, спасибо тебе.

— За что?

— Олег рассказал мне, что вы приходили к нему. Футбол много значит для меня. И то, что я снова могу играть… В общем, спасибо.

Я слабо улыбнулась. Значит, Егор всё-таки узнал о нашем с Женей добром деле. Жаль только, что ничего это особо не поменяет в моих с Любимовым отношениях.

— Так, кто тут у нас? Сладкая парочка, ой, простите, мы вам помешали? – воскликнула Зинаида, заходя в гримёрку.

Следом за ней зашли Катя и Лена. Постепенно гримёрка стала заполняться людьми. Вокруг все шумели, подбадривали друг друга, наносили грим, что-то обсуждали. В общем, обычное и такое привычное времяпрепровождение перед спектаклем.

И я была бы рада вновь ощутить этот восторг перед началом, однако мне теперь явно не до этого…

Стефа

Я старалась не разреветься. Не хватало ещё, чтобы косметика поплыла. Как мне тогда выкручиваться? До начала остались считанные минуты. Я сидела в гримёрке, обхватив колени руками. Бо́льшая часть ребят ушла за кулисы. А я осталась ждать сцены, после которой будет мой выход.

Альбина заметила моё состояние и встревоженно спросила, что же случилось. Однако я не смогла придумать внятный ответ. К счастью, нас прервали, и девушке пришлось вновь идти за кулисы.

Я написала Лере. Спросила лишь, зачем она так поступила. Ведь я бы и сама рассказала обо всём Егору, но позже. На что она ответила:

Раз уж ты поломала весь план, пришлось рассказать ему правду. Радуйся, что я всего лишь прислала ему сообщение, а то у меня была мысль опубликовать пост об этом. Тогда бы все узнали, какая ты у нас гениальная актриса.

Но ты бы и себя закопала.

Плевать.

Я не понимала сестру. Что с ней происходит? Да, она с детства любила всякие интриги и частенько совершала, как мне кажется, не очень правильные поступки. Но то, что происходит сейчас, перешло уже все границы.

— Стефа, ты чего сидишь? – спросила Лена, заходя в гримерку. – Тебе сейчас выходить.

Надо же. Чуть всё не испортила. Я вскочила с дивана и понеслась к кулисам.

На сцене я смогла отвлечься от своих проблем. Хорошо, как мне кажется, отыграла свою роль. По крайней мере, до появления Егора, а вернее, Царевича. Наш танец где-то в глубине души приносил мне дикую боль. Осознание, что это всё происходит в последний раз, словно ножом раздирало моё сердце.