Книга Лучший крутой детектив, страница 57 – Александр Чернов, Константин Штепенко, Елена Блинова

— Иди, иди! Пьянь по-одзо-обо-орная! — окая, сказал охранник.

— Ну, как хо-очешь! — с «трудом» выговорил я, шагнул с низкого крыльца и, болтаясь из стороны в сторону, стал расстегивать джинсы, с намерением облегчиться прямо здесь на стеклянную стенку здания.

— Эй, эй, эй!!! — вскричал охранник и, как я и рассчитывал, стал открывать двери.

Я уперся одной рукой в стенку, другую запустил в ширинку.

— Ну-ка, по-ошел отсюда, по-ошел! — он распахнул стеклянную дверь, выскочил на улицу и ломанулся ко мне, явно желая, оттолкнуть меня подальше от здания поликлиники. Он сходу выставив вперед руки, подался вперед, но я «протрезвев», отступил назад. Руки охранника, не встретив преграды, провалились в пустоту, он, чтобы сохранить равновесие, сделал шаг вперед, но тут я выставил вперед ногу и, не дав мужику удержать равновесие, ударил его по спине. Охранник сделал еще шаг, зацепился второй ногой о мою ногу и рухнул на землю. Я схватил мужика за шкирку и за пояс брюк, поднял его, развернулся и, взойдя на крыльцо, бросил свою ношу в вестибюль, и как раз вовремя, потому что мимо поликлиники за воротами из железных прутьев прошли двое мужчин. Увидь они как я расправляюсь с охранником, наверняка вызвали бы полицию, и мне не удалось бы осуществить задуманное.

Мужик был ошарашен. Он из положения на животе перешел в положение на спину, немножко приподнялся и стал отступать, перебирая руками и ногами, как каракатица.

— Эй, парень, ты чего?! Чего-о?! — пробормотал он, испугавшись не на шутку. — Чего тебе надо? — он сразу растерял весь свой гонор, был жалок и труслив.

Я шагнул к нему, схватил за шиворот и рывком поставил на ноги. Он не сопротивлялся, болтался из стороны в сторону как тряпичная кукла.

— Быстро руки за спину! — скомандовал я.

Охранник не посмел ослушаться, перевел руки за спину. Я довольно грубо схватил его за запястье и стал толкать вперед к комнате охранника. Я намеренно действовал грубо, стараясь нагнать на охранника побольше страху, парализовать тем самым волю и всецело подчиниться мне. Я втолкнул охранника в комнату, схватил телефон и оборвал шнур. Уложив охранника на кушетку, связал за спиною руки мужчины и проговорил:

— Будешь вести себя тихо, останешься жив. Я кое-что посмотрю здесь и уйду, и все будет шито-крыто. Понял?

— Угу, — ни живой, ни мертвый выдавил охранник.

— Вот и хорошо.

На столе охранника рядом с монитором лежал ключ, наверняка от двери. Я взял его, вышел за дверь, вставил ключ в замочную скважину и повернул. Ключ подошел, дверь была заперта. Я бегом пересек вестибюль, закрыл входную дверь на замок с тросиком вместо дужки, затем двинулся к регистратуре. Расположенная справой стороны в конце стены дверь регистратуры оказалась открытой. Я вошел в нее. Здесь кругом высились стеллажи, заставленные карточками пациентов. Я бегло глянул на надписи сбоку, соображая по какому принципу здесь классифицируются карточки пациентов. Оказалось, по адресам. Мне пришлось потратить несколько минут, прежде чем я нашел нужный мне адрес. Улица Высоковольтная, дом 5, квартира 53. Перебирая пальцами карточки, нашел карточку с фамилией Сафроновой Евгении Анатольевны, раскрыл ее и начал просматривать записи. На третьей странице обнаружил, то что искал. Направляется на искусственное прерывание беременности, в стационар № 158. Я посмотрел дату. Она была десятилетней давности. Вспомнились слова старушек, что Сафронов Саша лет десять назад работал на севере, а Женя здесь что-то учудила. Выходит пока муженёк горбатился на севере, женушка здесь загуляла, забеременела, а потом втихаря от мужа сделала аборт. Так я и думал, когда решил проникнуть в поликлинику. Значит, есть, что скрывать Жене от своего супруга. Я просмотрел записи дальше, но ничего существенного или интересного для себя не обнаружил. Так мелочь — ОРВИ и прочие незначительные болезни, которые за это время перенесла Сафронова Женя. Я сфотографировал на мобильный телефон страницу, где говорилось об аборте, который делала Сафронова, и сунул карточку в ячейку. Затем быстро вышел из регистратуры в вестибюль и обомлел. К двери со стороны улицы шли двое мужчин. Один невысокий, плотный, с лицом хорька, другой чуть повыше, тоже плотный с квадратной физиономией и усами. Я в несколько прыжков преодолел вестибюль и остановился около лифта. Отсюда меня было не видно с улицы. Раздался стук в стеклянные двери. Послышался возглас: