Книга Лучший крутой детектив, страница 232 – Александр Чернов, Константин Штепенко, Елена Блинова

Заняв, таким образом, целых тридцать четыре минуты, Волков еще раз безрезультатно попытался вызвать Кешу. Да как же так?

От звонка мобильного следователь даже вздрогнул. Оказался всего-навсего Кротов. Разговор занял некоторое время и отвлек. Волков рассказал о своей поездке к Лаврику, о встрече с Лерой. Про шкатулку, ясное дело, умолчал. А еще вытребовал себе распечатку входящих-исходящих соединений Костиного номера за последние четыре месяца. Опер посомневался, поуверял, что со списком они сами плотно работают, но все же пообещал прислать факсом, а завтра — результаты биллинга.

Отсоединившись, Волков отправился в канцелярию — ждать факса. Надо было что-то делать. Зинаида весело и оживленно щебетала. Следователь смотрел на нее и кивал головой, как китайский болванчик.

Волков готов был биться об заклад, что прошла пара часов, прежде чем факс противно заскрежетал и принялся распечатывать полотно: цифры-цифры-цифры.

— Вячеслав Олегович, тут написано, что вам, — вскинула брови секретарь, — «С любовью от Кротова». А кто это, Кротов?

— Ага. Спасибо.

Волков забрал факс и вышел, очевидно, снова заслужив эпитет «болван неотесанный», но было все равно. Когда еще через несколько минут пришла смска о том, что желанный абонент снова в сети и ему можно позвонить, внешне спокойный Волков сам себе напоминал сжатую пружину. И хотя волноваться — прерогатива слабого пола, услышав звук соединения, он позволил себе чуть повысить голос:

— Твою дивизию, Рогозин. Ты где?

— Потише, уважаемый, не надо кричать.

Услышав совершенно незнакомый мужской голос, следователь опешил, внутри все опустилось.

— Где Кеша? Что с ним?

— В ОВД Орехово-Борисово Северное ваш Кеша.

— Жи… живой?

В трубке рассмеялись. Да, вопрос звучал глупо. Мертвому в ОВД делать нечего. Но, Волкову, который за час с небольшим чуть не поверил в мистику, было не до смеха.

— С кем я говорю? — посерьезнел его собеседник.

— Следователь Волков. Третий отдел следственной части южного.

— По местному набери сюда: сорок ноль восемь, следователь.

В мобильном послышался смешок, а затем — гудки. Волков позвонил по указанному телефону, все еще боясь позволить себе рвавшийся наружу облегченный вздох.

— ОВД Орехово-Борисово Северное. Дежурный Соболев.

— Волков. Звоню.

— Значит, правда, ваш окружной эксперт?

— Вы с его номера звонили.

— Приедете, заберете? Или руководству докладывать?

— Десять минут у меня есть?

— Конечно. И коньяк.

— Еду!

Волков достал из сейфа бутылку неофициальной общепризнанной валюты и рванул за Рогозиным, уже не пытаясь гадать, что произошло.

В дежурной части ОВД Волков предъявил удостоверение и привезенный презент, после чего был принят более чем радушно.

— Нервный у вас эксперт какой-то, — улыбаясь, объяснял дежурный Соболев. Помахался с рабочими около дома, одному бровь разбил. А там наряд наш проезжал неподалеку, вот и забрали, остудить маленько.

— Мне бы взглянуть на него. На нашего Рогозина не сильно похоже. Он у нас обычно смирный. Пьяный что ли?

— Так, если б пьяный, оно и понятно. Нет, как стеклышко. Шумит: «отпустите, мне на дежурство». А как отпустить, рассуди. Ксивы нет. Паспорта нет. Номер руководства не дает, стесняется, видать. Да, мобильный ему рабочие разбили. Я симкарту в свою трубку вставил, ты и принялся звонить.