Книга Предатель. Я не твоя, страница 100 – Элен Блио

— Месть — это блюдо, которое подают холодным, Демьян. В случае с Арабовым и твоим отцом — очень холодным.

Арабов ждал больше двадцати лет. И дождался.

Дождался, когда отец серьёзно заболел своей местью. Не просто дождался — подогревал отцовскую ненависть, играл на ней.

Игрок.

Хренов игрок.

Но я его переиграю. У меня на кону гораздо больше, чем может поставить Арабов.

У него никого нет, он никого не любит. Даже дочь, которую заставил выйти за меня, сделал марионеткой в игре. Впрочем, Юлианну мне не особенно жалко, она стоит своего отца.

Стоит. Еще как.

Поэтому, после разговора с Арабовым я еду к ней.

— Демьян? Какими судьбами?

Элитная хата в Москва-сити, которую Юлианна купила за мои деньги, обставила за мои деньги и с удовольствием тут живёт с очередным любовником. На её кобелей мне плевать. А вот она сама…

Я знаю, что с отцом у неё контры, как раз из-за меня. Потому что не смогла удержать. Не смогла заставить сделать ей наследника. Не смогла окрутить так, чтобы законно лишить меня и мою семью всего.

— Поговорим?

— За деньги — да. — И усмехается.

Её любимая шутка, от которой тошно.

Как мог мой отец в здравом уме и твердой памяти хотеть, чтобы я женился на этом чудовище, и чтобы она родила мне наследника?

— А что, папаша тебя не содержит совсем?

— Сам знаешь.

Знаю. И то, что сольёт своего предка не задумываясь за бабло — знаю тоже.

И это мне на руку.

Может быть это неправильно, так поступать.

Но Арабов совершенно спокойно уничтожал жизнь моей семьи, моего отца.

Из-за Арабова чуть не погибла Злата, которую хотел убрать мой отец. Меня лишили моего ребёнка.

За всем этим стоял Арабов.

И моя месть не будет слишком холодной. Я не готов ждать десятилетия, чтобы отомстить.

Это будет здесь и сейчас.

— Хочешь хорошо жить и дальше, дорогая, придётся мне помочь.

— Что значит, и дальше? А что может случиться такого из-за чего я не буду хорошо жить? — нагло усмехается бывшая.

— Случится может всякое. Ты же знаешь, твой папаша много кому дорогу перешёл. А кто ты без него? Я уж точно не буду с тобой нянчиться.

— Что ты от меня хочешь?

— Мы с тобой снова играем в семью. Не долго. Так нужно. Ты убеждаешь отца, что у нас всё хорошо.

— Зачем?

— Ты хочешь иметь своё бабло и ни от кого не зависеть? Когда твоего отца посадят или убьют ты останешься ни с чем.

— Я согласна.

— Прекрасно. Сейчас расскажу, что нужно делать.

Самым сложным в этом деле оказался не мой визит к Арабову, когда был риск подставиться, не ведение беседы с его упоротой доченькой.

Самым сложным было убедить Злату, что именно этот план сработает.

— Демьян, может, можно как-то по-другому? Пусть… пусть забирает всё и не трогает нас.

— Сама знаешь, что это так не работает.

Обнимаю её, прижимая к себе.

— Родная, прости меня. Прости, что когда-то втравил тебя во всё это, что когда-то оказался слепым и глухим. Прости. Сейчас мне приходится разгребать всё это дерьмо, чтобы оно не дай бог не коснулось тебя и нашего сына.

— Мне страшно за тебя. Я не хочу тебя терять.

— Ты меня не потеряешь. Мы с твоим отцом все продумали. Выбрали самый легкий путь. Алчность человеческая границ не знает. И жажда мести тоже. Арабов поведется на возможность заработать и расквитаться с твоим отцом. Он сам себя подставит. Даже не поймёт, что это мы его подвели под монастырь. А если и поймёт — будет поздно. Он против таких людей выступит, что ему проще окажется самому… вздёрнуться.