Книга Роковая красотка, страница 37 – Миша Дрик

— Паша, — выдохнула она, когда я на мгновение отстранился.

— Что, любовь моя?

Мы лежали, прильнув друг к другу, почти слившись воедино. Мои пальцы уже нащупали пуговицы на ее блузке.

— Ты, как всегда, неотразим, — пробормотала она, сгорая от страсти.

Но я, не слышал ее, поглощенный созерцанием грудей, обтянутых тонкой тканью лифчика. Еле касаясь пальцами нежной кожи, я осторожно расстегнул застежку — и тут сдержанность изменила мне. Со сдавленным полустоном-полурыком я поймал губами один из ее сосков — и тело Катерины невольно выгнулось. Закрыв глаза, она отдалась ощущениям. Я сосал и покусывал острые вершинки, вдавливая её своим телом в кровать. Мне хотелось доставить ей, как можно больше удовольствия.

Её пальцы зарылись в мои волосы, я на секунду поднял голову, но лишь затем чтобы оставить влажный поцелуй на её губах. Мои ласки были то нежны, то нетерпеливы — и по жилам пробежал огненный вихрь. Она жадно заскользила руками по моему телу, слегка царапая кожу.

Все мои чувства обострились. Я ощущал знакомый аромат её кожи. Язык и губы, казалось, оставляли на ее теле пламенеющие дорожки. Прильнув ко мне, она отвечала на поцелуи с таким пылом, словно и не было у неё никого всё это время.

— Паша-а, возьми меня! Скорее! — взмолилась Катерина.

Я приподнялся на локтях и поглядел в расширенные от любовного томления глаза любимой. Я испытал жестокое удовлетворение. Одним быстрым движением я сорвал с неё трусики и накрыл ее тело своим. Теперь я был близко, очень близко, но все же недостаточно, чтобы утолить съедавший голод.

Катерина цепко обвила ногами мои бедра. Нетерпеливые пальцы порывисто скользили все ниже по моей груди, животу, пока наконец не достигли напряженной плоти, проступающей под тканью брюк.

Я содрогнулся, а она в восторге вскрикнула и закусила губу.

Я отстранился и выпрямился. Она вздохнула и в недоумении уставилась на меня. Но тут она увидела, что я поспешно раздеваюсь. Брюки и трусы упали рядом с футболкой.

Покончив со своей одеждой, я бережно снял с Катерины все остальное и нежно пробежал пальцами по нежной коже между ног.

— Скажи мне, — прошептал я ей на ухо.

— Что?

— Скажи, как ты меня хочешь?

— Очень хочу. И желание это сильнее меня. Скорее, Паш, трахни меня. О да… да! — выдохнула она, наконец ощущая проникновение члена внутрь себя.

Давно подавляемые эмоции вырвались наружу, по её щекам потекли слезы.

Я начал двигаться, и яростный ритм движений полностью захватил нас, подчинил безудержной страсти. Бессвязные слова, срывающиеся с наших губ, не имели ни смысла, ни значения для обоих. И без слов было ясно — мы стали единым целым, совершенным и неделимым.

И за мгновение до того, как Катерина достигла оргазма я потребовал:

— Смотри на меня, Катерина! Я хочу, чтобы ты знала, что это я. И больше никого не будет.

Меня трясло от страсти. Любви. Радости. Я пристально наблюдал, как она бьется и задыхается от наслаждения, пока по телу ее не прокатилась последняя волна дрожи.

*****

— Тебе нельзя оставаться.

— Нельзя?

Катерина, волнуясь, поспешно надела халат.

— Анна Сергеевна...

— Я отец ребёнка. В чём дело? — я непринужденно уселся на кровати, не стеснясь своей наготы.

— Её надо подготовить, — пробормотала она.

— Так, значит, мне уготована роль тайного любовника? — нахмурившись спросил я.