Книга Роковая красотка, страница 3 – Миша Дрик

Вскоре купил небольшую виллу на холме и зажил в своё удовольствие. Парижские холостяки набивались ко мне в друзья, хотели иметь то, чем обладал.я.

Стиль... Лоск... Класс... И дело не в деньгах, эти люди тоже были богаты. Меня выделяло врожденное обаяние и шарм. Харизма так сказать.

Два года я наслаждался безмятежной жизнью: играл в теннис, плавал, совершал сделки на фондовой бирже, вкладывал деньги в различные проекты, занимался любовью с красивыми девушками, загорал, посещал рестораны, театры и оперу.

Когда деньги закончились я испытал серьёзное потрясение. Московский адвокат покойной жены, последний год предупреждал, что состояние значительно уменьшилось, и советовал заняться инвестициями. Но я проигнорировал его слова, постепенно промотав всё.

Мысль о нищете привела в ужас. Необходимо что-то предпринять...

Сейчас

— Вот ваша водка, — официантка улыбнулась, и повернулась к другому клиенту.

Сейчас

Амброзия

— уникальное место...

Грациозные танцовщицы, великолепные напитки, закуски на любой вкус, подпольные игры. Ощущение привилегированности витало в воздухе. Интерьер кричал о роскоши: бархатные диваны, лепнина, пол из дорогих пород дерева, барные стойки из мрамора. Вечеринки клуба проходили с большим размахом — на расстоянии вытянутой руки выступали самые известные звезды.

Пространство заведения состояло из четырёх зон: бар с панорамными окнами в стиле рококо; ресторан под английскую гостиную, здесь же имелись камин и библиотека; ночной клуб с бассейном и видом на Москву-реку и зона "отдыха"

И конечно, подвал с азартным играми на баснословные деньги.

Семь лет назад

В парижском аэропорту имени Шарля де Голля было, как всегда, многолюдно.

Погода оставляла желать лучшего, и пассажиры, ждавшие вылета, жаловались на задержку рейса.

Отправился в зал VIP, уселся за столик и заказал водку. Стал размышлять о событиях, которые привели меня сюда.

В зал ворвалась женщина, она показалась мне очень красивой и уверенной в себе. На вид не более двадцати пяти. От неё буквально веяло роскошью и богатством. Она прекрасно владела собой. Я словно увидел в ней своего двойника — только женского пола. При этой мысли я невольно улыбнулся.

Её сопровождал какой-то французишка, жадно ловивший каждое слово. И каждое её слово было хорошо слышно всем. Говорила она на русском, пронзительным голосом, совершенно не думая о том, кто может её услышать.

— Господи! Что за чертовщина!? — громко выпалила она. — Почему этот чёртов самолёт не может взлететь, когда ему положено? — она театрально плюхнулась в кресло, закинув ногу на ногу, обнажив резинку чулок. — Закажи мне выпить, малыш.

— Кто это? — спросил я девушку, которая принесла напиток, видя в её лице узнавание.

— Какая-то богачка. — Она подала плечами. — Нам приказали позаботиться о ней. Она уже бывала здесь. Настоящая стерва. — В голосе слышалась зависть.

Я подошел ближе и уселся в кресло. Французский хмырь раздражал её, это было видно по её нахмуренным бровям. А разговор представлял интерес: на жутком русском он намекал, что тоже не прочь слетать с ней в Россию, что будет ужасно скучать здесь без неё. Спрашивал, хорошо ли ей было с ним и когда она планирует вернуться. Этот тип вызывал жалость, и я ухмыльнулся, что не осталось незамеченным этой особой.