Книга Анастасия, ты прекрасна!, страница 99 – Владимир Атомный

— Я могла бы сделать вам кофе, но не знаю как? Это к медовой пахлаве, что у меня уже есть.

— Как, говоришь, — удивился я, — «медовой пахлаве»? Это которая такими прямоугольничками режется и из слоёного теста?

— Да, очень нежная. А сверху посыпана крошкой из фисташкового ореха.

— Мне не надо, да, спрашивать, как она здесь у тебя оказалась?

Диляра довольно улыбнулась, пуще прежнего выпрямляясь, отчего формы тела стали лаской для глаз.

— Вы хорошо понимаете момент.

— Ну, — полез я к рюкзаку, — а я тогда тоже, как бы сказали наши ребята за столом, козырну… вот тебе кофе и закопчённая джезва. Походный набор, хотя я и люблю больше чай.

— Вам не кажется, что звёзды благоволят нам? — таинственно проговорила она.

Я поднял голову к небу и поразглядывал те, что видно.

— Пожалуй так.

Диля только улыбнулась и ушла варить чарующий напиток. Я же снова посмотрел на звёзды и губы непроизвольно вернули восточной диве улыбку. Всегда можно сказать нет, но нужно сказать именно так, чтобы это звучало как «нет». А мне вдруг очень захотелось попробовать её кофе. И пахлаву.

Диля скоро вернулась. Для пития горячих напитков у меня есть походная же деревянная кружка. Из джезвы потекла тягучая и непроглядно чёрная, как безлунная ночь, жидкость. Я с чувством втянул её не менее густой аромат и даже зажмурился. Миг был впитан полностью.

— Крепкий и вкусный, — описал я, сделав первый осторожный глоток. — Как…

— Как?.. — чёрными глазами посмотрела она.

— Как вкус твоих губ и твоего рта.

Диляра словно сделала с моим зрением что-то — её лицо, волосы и остальное тело вдруг стало контрастней, глубже. Может тьма играет, а может ещё что.

— Но откуда вы это знаете?

— Предполагаю.

Она протянула мне небольшой пищевой бокс.

— Мне интересно, какие ещё будут предположения, но уже насчёт вкуса и аромата пахлавы.

С большим удовольствием попробовал нежданную сладость. В сочетании с кофе действительно очень вкусно.

Всего порций десять — это много для одного человека.

— Там кофе ещё есть? — осветил я фонарём джезву на соседнем пне.

— Осталось.

— Тогда налей себе. Ты же пьёшь?

В слабом рассеянном свете от фонаря, Диля снова улыбнулась, обнажив шикарные ровные белые зубы.

— Периодически. Когда повод хороший и обстановка подходящая. Например, как сейчас.

— Я рад.

Она сходила за кружкой, а я аккуратно слил туда остаток, чтобы попало меньше гущи. Мы одновременно взяли по кусочку пахлавы, коснувшись руками и даже тыльной стороной я ощутил впечатляющую мягкость кожи.

Восточная сладость снова распалась во рту, заставляя все нервные веточки отвечающие за вкус трепетать от восторга.

— И как, уловили на что похоже? — напомнила Диля, а я заметил кусочек медового теста на её полных губах.

Демонстративно смочив слюной палец, я поднёс к её лицу и медленно собрал крошку, попутно довольно чувствительно проведя по губе.

Не отрывая взгляда от масляно-чёрных глаз, положил мелкий кусочек себе в рот.

— Уловил. Причём сразу, стоило попробовать.

— Я вся во внимании.

— Если про вкус губ и рта ты изумилась моим знаниям, то об этом истекающем мёдом уголочке подавно будешь впечатлена.

Она стала дышать глубже, да и я уже давно на взводе.

— Хорошо. Этот уголочек действительно можно… — призадумалась она, — может открыть лишь один человек и мне нужно сохранить крышечку закрытой.