Книга Анастасия, ты прекрасна!, страница 19 – Владимир Атомный

— Фу-у-ух, мать твою…

Несколько успокоившись, я укрепился, подключив ещё и верхнюю обвязку и пополз обратно. Хорошо ещё, что никто…

— А ты везунчик!

Я вздрогнул и заозирался — тяжело смотреть вниз, вися как ленивец на верёвке.

— Кошка! Ты чего тут забыла?

— Вовсе не забыла. Слезай, дело есть, — поманила она.

— Кстати… — натужно выдавил я, подтягиваясь, — хорошо, что пришла. Поможешь мне.

— Ну уж нет, — рассмеялась она. — Теперь точно нет.

— Теперь?

— Ага, — весело заявила она, — мне же должно что-то полагаться за молчание, что у тебя тэ-бэ не соблюдается.

— Ах ты лиса хитрожопая!

— Твоя школа, — тут же донеслось снизу.

— Моя⁈ Это где я хитрожоплю?

— Спроси лучше, где нет, Саша, — пропела та. — Давай быстрей, а то нас хватятся.

— За хрен свой… — делай последнее усилие, прорычал я, — пусть хватаются.

Спустя пару минут оказался на земле. Хитрые и весёлые глаза кошки сопровождали весь путь.

— Отпусти завтра до обеда?

— А чего у меня спрашиваешь, иди к Эконому.

— Брось, Саш, — склонила она голову, — я честно забуду, что у тебя верёвка порвалась и ты чуть не упал.

Желчно отвечаю:

— Я бы не упал.

Несколько секунд подумав, добавляю:

— Хорошо, иди. Только помоги сейчас. Очень надо.

— Бли-и-ин, Саш, — скуксилась она, — я же высоты боюсь!

— Тут метров пять всего, даже четыре.

— Это отсюда кажется мало, а там, я знаю, будет как десять.

— Ничего ты не понимаешь, — усмехнулся я, подхватывая под руку. — Сейчас наденешь обвязку, я тебе страховочку сделаю, к верёвочке пристегну. Места разные поглажу и забудешь ты, что над землёй весишь.

— Места и тут можно погладить, — страдальчески посмотрела она.

— Ну, пожалуйста, Кис, а то я ещё часа два тут буду как паук лазать.

— Ой, ну, уговорил, уговорил, — нервно рассмеялся она, — охальник чёртов. Всю жизнь мечтала потрахаться вися на верёвке. Как щука в коптильне.

Я расхохотался, шлёпнув её по попе.

— Скажи лучше как самая фигуристая акробатка под шатром цирка. Помнишь, какие они?

— Да ну тебя, — хихикнула она. Мы поднялись в домик и она подняла руки: — Начинай!

— Хоть шорты сними, — смеюсь я.

— А сам?

— Я не романтик. Мне надо сразу — достал и вперёд.

— Фу таким быть.

Я выбрал самый удобный комплект и потянул её руки вниз.

— Просовывай как в жилетку. Ага, вот так… Фигурка-то у тебя хорошая. Даже романтик, видишь, проснулся.

— Это потому что я «би».

— М-да? Чот я раньше такого не слышал. Ножку…

Она продела одну, потом вторую, тем временем отвечает:

— А ты не замечал? В порно самые красивые — это лесбиянки. У них и писечки самые подтянутые и свежие.

— Кхм! — вырвалось у меня. — Ну, это да… хотя я всякого повидал.

— А нечего всё подряд в рот тянуть, — прыснула Кошка.

— Я тебе дам… в рот.

Как раз поднялся и встретил её насмешливый взгляд.

— У конфеты обёртка должна быть, знаешь ли.

— Так, конфетка, ты готова к выходу на арену, — с улыбкой проговорил я.

— Почему ты утверждаешь, а не спрашиваешь? — задравши подбородок и сузив глаза, парировала она.

— Либо на верёвку, либо конфета.

У неё открылся рот и почти тут же Кошка грохнула смеяться.

— Просто мастерски уговариваешь.

Мы провешали вспомогательных перилл и быстро заново собрали лестницу. Так как время позволяет, я решил заменить вторую сторону тоже. Закончили как раз к закату.