Книга Анастасия, ты прекрасна!, страница 10 – Владимир Атомный

И вот опять! Анастасия развита очень неплохо. Пусть грудь и первого размера, но это, видимо, её природный размер. Бёдра же круто выделяются, подчёркивая талию, тело жилистое, тренированное, а когда она начинает спортивную работу, то я с наслаждением угадываю ту самую мощь, что всегда жива в настоящих атлетах, в чемпионах и победителях. Гормональный толчок, что словно поджигает твою кровь и требует действий. В темных коротких шортах в обтяжку и светло-синем топике, она очаровала меня. Но лишь до определённого момента…

Пока вдруг не упала. Я увидел этот момент словно в замедленной съёмке. Ощущение такое, что в спортивной прошивке победителя вдруг нашлась ошибка, внешне это проявилось в акте неуклюжести и падении. Бесконечно милый момент. Как и эмоции досады, с болью. От очарования я перешёл в стаз фанатизма.

Как я оказался рядом не помню, но в руках уже аптечка, а перед глазами её гневное лицо, пышущее к тому же жаром, с дивным румянцем и бисером пота. Ко лбу прилипли светлые волоски её молочного блонда, а под почти не видимыми в силу цвета бровями, ярко блещут чудные глаза: зелёные, с тёмным ободком и ярко-жёлтой узкой короной вокруг зрачка, словно это затмение солнца.

— Сильно ушиблась? — выдохнул я и протянул к покрасневшей коленке руку, но она была отбита.

— Нет! — бросила Настя. — У меня всё в порядке.

В гневе её лицо не портится, наоборот, обретает острую яркость.

— Я рад, что всё хорошо. Девочки, — посмотрел я на её соседок, — помогите Насте, если ей требуется помощь.

Таковая потребовалось. Хорошо ещё, что характер у них оказался помягче и соседки не стали перечить, хотя светловолосая заноза им явно не нравится. Прихрамывающую Настю довели до сидений и продолжили играть.

Я слежу за соблюдением правил у обоих команд, немного контролирую процесс, а периодами бросаю взгляды на пострадавшую. Травма действительно лёгкая, больше пострадала гордость. Один раз поймал-таки взгляд девушки, который она тут же отвела, снова разъярившись.

Ирония жизни в том, что столовая хоть и вместительная, но количество столов оставили строго на смену. Включая свободный в обеденное время персонал. Настя пожаловала в зал с опозданием, а место осталось лишь за столиком, где обедаю я, а также тот самый атлет Григорий и парень-программист, закрывшийся тут же ноутбуком. Я успел задать пару вопросов и знаю, что родители потому и направили его к нам, что беспокоятся о здоровье. Я им помогу.

— Настя, прошу, садись к нам. Мест больше нет.

— Я могу и стоя поесть, — огрызнулась она, ещё раз безуспешно оглядывая зал.

— Хорошо, обещаю, что тут поставят ещё столик, но уже к ужину. Только, пожалуйста, ты сейчас сядь с нами. Это важно. Мы должны следить, чтобы вы поели, причём за столом и без спешки. Ребят? Подвинемся слегка. Пусть у Насти посвободнее будет.

Она молча заняла место.

— Скажи, а у тебя к конкретным людям неприязнь или к парням в целом.

— В целом, — бросила она испепеляющий взгляд.

— А почему?

— Потому!

— Расскажи, пожалуйста.

— Это не важно, — повернула она голову в сторону. Я залюбовался красивым профилем.

— Вовсе нет. Может быть если ты объяснишь, я смогу стать лучше, выработаю в себе новые качества. Расскажи.

— Да конечно, — уничижающе посмотрела она. — Вам только одно и нужно. Даже если зомби-апокалипсис случится, но вы так и останетесь скотами.