Книга Розовый мед – 4: Зимний сезон, страница 107 – Владимир Атомный

Он — это вовсе не шарик, способный вознести меня над землёй. Лёгкий поцелуй пригвоздил меня к каменной стене Марианской впадины и тем остановил падение. Кажется, что вижу свет над собой и начинаю к нему стремиться.

Спустя час, стремительный вагон привёз меня в доминанту Кристины. С виду по мне не скажешь, что настолько озабочен проблемами: я внимателен, бодро вышагиваю по холлу станции и с интересом оглядываюсь. В мыслях купить цветы и шоколад, но наткнулся на вывеску с рекламой жаренной курицы. С моей стороны это будет крутым шагом, словно уже осознал свою роль и важность. Ко всему прочему, я заказал страшно сладкий молочный коктейль. Образ окончен.

— Я всё гадала в чём ты придёшь, — оглядела меня Кристина.

Серый спортивный костюм, куртка-пуховик и шапка-снуд. Сама Кристина предстала в сексуальном полупрозрачном платьице, насколько помню, называемым пеньюаром.

— Важнее сказать с чем я пришёл, — придумалось мне, а после показал что в бумажных пакетах.

— Прекрасно, Самуил, — подытожила она и обвила шею руками для поцелуя. — Ты не разочаровываешь…

Он не был долгим, а по окончанию Кристина взъерошила мне волосы.

— Пахнешь как тот, кто может и хочет закончить вечер постелью.

— Только ради тебя, — заявил я и принялся раздеваться.

— Допустим. А как поступил бы обычный Самуил?

— Он не против потрахаться и в туалете.

— Ужасно, — со смехом заключила Кристина. — Так, иди умывайся и сразу ко мне в комнату. Кушать будем после.

— И пить кофе? — на всякий случай уточнил я.

— С Сонеттой попьёшь…

Я прикрыл глаза, смакуя удар.

— Ты прекрасна!

— Была… но сегодня, как назло, выскочил прыщик, — пожаловалась она, направляясь к себе. — Так что прости…

— Удивляет, что ты его только заметила. Ещё называешь так ласково — прыщик, — спародировал я и принялся полоскаться в раковине. Касаться такой драгоценной красоты, как Кристина, я хочу только хирургически чистыми руками.

Кристина, оказывается, разволновалась от услышанного и вместо ожидания в своей комнате, вернулась и стоит в дверях туалета:

— Что ты имел в виду? Какой ещё прыщ?

Повернувшись к ней, невозмутимо говорю:

— Я — твой самый большой и вредный прыщ.

— Дурак! — подлетела Кристина и крепко стукнула в грудь. — Я же поверила.

— Хе-хе! Прости, но я не мог не воспользоваться моментом. Короче, даже если у тебя и есть где-то красненькая точечка, в сравнении с такой проблемой как я это ничего.

Кристина вдруг грубо схватила меня за причинное место вместе с яйцами, отчего я мигом оказался на крючке уже у неё.

— Ненавижу тебя так же сильно, как и люблю! — проговорила она, а потом развернулась и стремительно пошла к себе.

К картине, которая мне открылась, я был не готов. Всё, что рисовалось в мозгу это страстный секс друг на дружке и счастливые вздохи после, как закончим.

Панорамные окна квартиры есть и в комнате Кристины. Сейчас они закрыты плотными шторами. Комнату заливает обильный красный свет, а сразу в нескольких местах по периметру горят толстые свечи, словно намекающие на долгие игры. Кровать Кристины застелена красным шёлком. Наволочки нескольких подушек у изголовья тоже в комплект. Прямо в центре кровати лежит моток верёвки, пара наручников с мягкой обивкой, пластиковые хомуты, ошейник, повязка для глаз и кляп. Но самое удивительное, во что я поверил только после того, как подошёл к журнальному столику справа, это разномастный набор для сексуальных игр: дилдо нескольких размеров, от безобидного толщиной чуть больше пальца, до, я бы сказал, превосходящего даже мой член; смазка представлена тоже не одна, а с различным составом и всяческого назначения; три различных вибратора; анальные шарики двух типоразмеров и ассортимент из хвостиков на базе пробки, а также она отдельно.