Книга Договорная любовь, страница 153 – Лорен Ашер

— Почему я недостаточно хороша для тебя, чтобы ты остался со мной? — вопрос срывается на всхлип, и я ненавижу себя за то, что так уязвима.

— Нет. Это не имеет к тебе никакого отношения.

Мне бы хотелось ему верить, но я уже смотрела этот фильм. Слышала ту же фразу от мужчин, с которыми встречалась раньше. На самом деле довольно часто, и на этот раз финал еще хуже.

Я пытаюсь отшутиться, но мое сердце разбито, и шутка выходит неудачной.

— Я ценю твою попытку утешить меня, но твое решение связано со мной. Потому что, если бы ты меня любил, ты бы остался. Ты бы не сбежал, как предложил Тревор, потому что ты должен быть верен мне, а не выборам.

Его хмурый взгляд становится еще мрачнее.

— Все… сложно.

— Нет, когда ты любишь кого-то, нет никаких сложностей.

Он ничего не говорит, и почему-то от этого становится только хуже. Потому что я не могу поверить, что неправильно его поняла. На самом деле, я настолько ошиблась, что разработала целый план, чтобы помочь ему осознать свои истинные чувства ко мне.

Чувства и поступки, которые я принимала за любовь.

Если бы он действительно любил меня, разве он не старался бы изо всех сил бороться за нас, за город?

Он бы не сдался из-за одних неудачных дебат. Он бы придумал, как показать городу, что Тревор ошибался на его счет.

Un Muñoz nunca se rinde⁴¹… и человек, в которого он влюбляется, тоже не должен сдаваться.

Меня убивает мысль о том, что Лоренцо может быть кем-то другим, а не сильным, способным мужчиной, готовым на все, чтобы защитить меня, но еще больше меня убивает то, что он готов меня бросить.

— Я думал, что смогу это сделать, — шепчет он.

— Но ты решил уйти. Ты решил сдаться.

— Да, решил. Я лучше уйду с достоинством, чем останусь в этом городе ради бессмыслицы, — огрызается он, и его голос режет слух, как кнут.

Я вздрагиваю.

— Я не бессмыслица.

Он тут же начинает извиняться.

— Scusami, amore mio⁴². Я не это имел в виду. Ты ведь понимаешь это, да?

Теперь я действительно плачу и ничего не могу сделать, чтобы сдержать слезы. Он притягивает меня к себе, и я не сопротивляюсь. Вместо этого я растворяюсь в его объятиях, потому что после сегодняшнего вечера все уже никогда не будет как прежде.

Я не позволю этому случиться.

— Мне не следовало этого говорить, — произносит он, заполняя тишину, когда я молчу. — Я… расстроен. Завтра мы можем встретиться и придумать новый план, а к следующей неделе мы получим результаты опросов и данные после дебатов, которые тоже нужно будет проанализировать. Я… — он качает головой. — Это не оправдание, но я поддался тревоге, и мне жаль. Мне чертовски жаль.

Я не пытаюсь развеять его сомнения. Я не спешу утешать его. Я ничего не делаю, просто стою и молчу, размышляя о том, как мы дошли до этого.

Он запрокидывает мою голову, чтобы лучше меня рассмотреть.

— Лили? — спрашивает он, и между его бровями появляется морщинка.

— Да?

— Скажи мне, что ты все еще со мной.

Я отвожу взгляд и закрываю глаза.

— До конца выборов — да.

— Что?

— Между нами… все кончено.

— Что значит «все кончено»? — каждое его слово сопровождается паузой.

— Я планирую выполнить наше первоначальное соглашение, — даже если это будет одним из самых сложных дел, которые мне предстоит сделать. — Мы можем продолжать появляться на публике, но если ты не планируешь оставаться здесь в случае своего проигрыша, то все остальное между нами должно закончиться.