Книга Смотри. На. Меня, страница 17 – Екатерина Юдина

— Приемной? — Дарио медленно выдохнул дым и рванное облако дыма, медленно срываясь с его губ, выглядело жутким и почему-то завораживающим.

— Да, но мой отец… дон Редже ее обожает и сдувает с нее пылинки, — я не стала говорить еще о том, что отец вообще запрещает называть ее приемной. Он ее воспринимает, как родную. И так было тошно, не хотелось произносить это вслух.

— Мне это неинтересно. И на твоего отца мне глубоко плевать.

Я приподняла бровь. Затем нахмурилась.

— Тогда, если ты ожидаешь выгоды от дона Моро, шансов еще меньше. Ты разве не видишь, в какой семье я нахожусь?

— Опять мимо.

— Тогда, что? — я все меньше и меньше его понимала. Или, вернее, он ничерта не понимал, в каком я положении. В полностью паршивом и ждать от меня нечего.

— Я всего лишь выполняю приказ своего отца, — Дарио вновь лениво подпер голову кулаком.

— Какой послушный сын, — я не смогла скрыть сарказма в голосе. Да и не пыталась. К счастью, сдержала слова о том, что его отец явно не особо умен.

— Не особо. Мой отец сказал, чтобы я был с тобой очень бережен, но я хоть и уважаю своего родителя, как видишь, не всегда являюсь послушным сыном.

Когда я возвращалась домой, думала приму душ, рухну на кровать и сразу засну. И что в итоге? Я лежу на уже смятом покрывале со связанными руками и сердце все еще бьется так, словно жаждет проломить мне ребра и вырваться из груди.

— Может, ты меня развяжешь? — я смотрела на потолок, стараясь избегать любого взгляда в сторону Дарио. Вот бы его вообще никогда не видеть.

— Нет.

— Зачем ты вообще меня связал? — вместе с этим вопросом, я вообще закрыла глаза и шумно выдохнула. Но из-за напряжения, которое я совершенно никак не могла контролировать, это далось очень тяжело.

— Я уже говорил. Ты мне такая больше нравишься.

— У тебя фетиш на связанных девушек? — у меня по спине пробежал холодок. Я попыталась унять его, но от мысли какие еще бесы царят в голове этого ублюдка, становилось действительно жутко.

— Раньше за собой такого не замечал, — произнес он полностью безразлично.

— О, так я для тебя уже стала особенной. Это так мило, — я не сумела сдержать сарказма, но тут же прикусила язык. Черт, стоит быть более осторожной с ненормальным парнем, связавшим тебя.

В комнате повисла тишина и я все-таки бросила короткий взгляд на Дарио. Он все еще сидел в кресле. Что-то читал в телефоне и выглядел так, словно вообще забыл про мое существование. Или оно его не особо волновало.

Я шумно выдохнула. Немного поерзала и опять посмотрела на потолок.

— Можешь, пожалуйста, передать своему отцу, что я вообще никому не нужный мусор? — сильно прикусывая нижнюю губу, я осторожно подползла немного выше и положила голову на подушку. — Пусть еще раз все проверит и, уверена, он поймет, что тебе нет смысла находиться рядом со мной.

— Вижу, ты о себе высокого мнения, — кажется, Дарио оторвал взгляд от телефона и посмотрел на меня.

— То, какого я о себе мнения, это лишь мое дело. Я сейчас говорю о том, что тебе не стоит находиться рядом со мной. В этом нет никакой выгоды.

— Есть, Романа.

Я услышала тихий стук. Кажется, Дарио положил телефон на журнальный столик и я, чувствуя, что он поднялся с кресла, заранее сжалась. А, когда Дарио подошел к кровати, так, что теперь он возвышался надо мной, у меня вообще горло сдавило. Я все никак не могла привыкнуть к тому, насколько он огромный. Как мрачная, ужасающая скала.