Книга Невеста для психопата, страница 36 – Елена Белая

" Я хочу показать тебе видео, где я был в роли развратной шлюшки, " – написал мне Павлик. Ни за что на свете я не стала бы на это смотреть.

Вот уже сорок два года, где бы я не находилась, самые странные и чокнутые люди всех мастей и возрастов неизменно выбирают для своих откровений именно меня. Казалось бы, за такой долгий срок можно было бы привыкнуть, но я каждый раз удивляюсь, как в первый.

В Арамболе мы встретили еще много чудаков. Ярких, разношерстных, талантливых и разочарованных, которые уживались на острове в удивительной гармонии с миром, друг другом и собой.

Мы видели стареющую рок-звезду, о которой все давно забыли в большом мире, но Арамболь подарил ему новую молодость и восторженных зрителей. Мы видели стильных наркоманов, приехавших сюда умирать и голландских бизнесменов, мечтающих о беззаботной жизни вдали от городской суеты. Гоа манит с одинаковой силой духовных, распущенных, сомневающихся и потерянных. Какими на фоне пестрой публики были мы с Мэттом, сказать сложно, но в том ярком апреле, благодаря магии Арамболя и Веселому Плотнику я ежесекундно чувствовала себя красивой, любимой и бесконечно молодой.

Прощаясь с Мэттью, мы ничего друг другу не обещали. Однако, расставание было наполнено взаимным теплом и благодарностью. Мне было жаль его отпускать, потому что вместе с ним пространство покидал глубокий искренний смех, нежные объятия и невероятная легкость. Мэтт крепко обнял меня на прощание, и его кожа пахла солнцем и сладкими поцелуями. Я запомнила его запах на всю жизнь.

Первое письмо по возвращению из Индии мой ласковый английский кот подписал многозначительной фразой: "Love you, Matthew.” Он был единственным мужчиной в моей жизни, которого я не любила, но по которому сильно скучала. И этот чувственный парадокс подталкивал меня лететь в его объятия международными маршрутами в течение двух с половиной лет.

По возвращении из Азии взаимный трепет, родившийся между мной и Весёлым плотником под аккомпанемент Индийского океана, снабжал наш виртуальный контакт нужным градусом сентиментальности еще несколько недель. Мэттью высылал мне трогательные письма с нашими счастливыми лицами на фото, к каждому из которых прикреплял какой-нибудь небанальный романтический трек.

Например, “ I build a Home” Cinematic Orchestra. Удивительное музыкальное чутье было еще одним жирным плюсом, явно украшающим незамысловатый портрет личности моего британского любовника. Эта глубокая лирика удачно дополнялась счастливыми воспоминаниями и, казалось, мы с Мэттью входим в эту любовь, как в море, каждый на своем берегу. Однако, когда запас трогательных композиций в английской коллекции исчерпал себя, а совместные фото с Гоа были засмотрены до дыр, романтика между нами начала стремительно таять.

Общение на расстоянии нам с Котом давалось со скрипом. Во-первых, с Гоа мы вернулись каждый в свою повседневность. Во-вторых, к моему неприятному открытию, Мэтт обладал настоящим даром играючи просирать самые, казалось бы, надежные договоренности.

Так, каждый раз, когда я хотела поболтать с ним в видеочате и послушать его густой добродушный смех, он запросто не являлся на назначенную виртуальную свиданку без всякого предупреждения. Через пару дней я получала длинное послание, где мой англичанин каялся в форменном свинстве и перечислял целый ворох довольно неуклюжих причин.